Страшный кризис* и масленица

11.02.2018

Страшный кризис* и масленица



Страшный Суд, 2.jpg


Третье воскресенье подготовительного периода к Великому посту именуется в Православном календаре Неделей о Страшном суде, или Неделей мясопустной (6 марта в 2016 году). Первое название продиктовано темой евангельского чтения за Литургией – о будущем Страшном суде живых и мёртвых; второе – предписанием Церковного устава: не употреблять после этого воскресенья мяса.


Что значит «мясопуст»?


Славянский термин «мясопуст» (греч. апокрэос, лат. carnis privium – лишение мяса) означает прекращение вкушения мяса. Неделя мясопустная – это воскресенье за 56 дней до Пасхи. У католиков термину «мясопуст» соответствует хорошо всем нам знакомое «весёлое» слово карнавал (от латинских слов carne и vale, буквально – «прощай, мясо!»). Продолжительность карнавального периода в разных странах неодинакова, но завершается он в «Пепельную среду» (в этом году – 10 февраля), с которой и начинается католический Великий пост. В православном календаре всё сложнее. Здесь за Мясопустом следует ещё одна – последняя перед Великим постом седмица – «сырная» (7–12 марта), или, в просторечии, – «масленица» (в народном календаре она включает в себя ещё и Прощёное воскресенье (13 марта) в качестве завершающего аккорда лихих народных гуляний). Строго соблюдающие диетическую сторону поста отказываются на этой неделе от мяса и едят только яйца и молочные продукты (откуда и название этой недели). В этом – последняя ступень подготовительного воздержания.


Масленица – христианский праздник?


Образованный христианин (да и каждый человек) должен знать, что масленица в своей основе – праздник совсем не христианский! Напротив – это древний языческий праздник проводов зимы и встречи весны, согласно пословице: «Масленицу провожаем, света солнца ожидаем». Это – своеобразный «северный карнавал», вакханалия, сопровождающаяся необузданным весельем, зубодробительными драками, играми и хмельными пирами (это то, что у нас всегда хорошо получается). В дохристианские времена подобные гуляния с «умилостивлением» языческих богов сопровождались даже человеческими жертвоприношениями: вспомним о наших христианских первомучениках – киевских варягах Феодоре и сыне его Иоанне (983 г.). (Представим, что они воскресли, оказались на нашей масленице и увидели странные наряды хмельных гуляк, прыгающих вокруг костра с языческим идолом Старухи-Зимы и блинами в руках... Мученики решили бы, что на Руси всё ещё торжествует язычество, которое ревностно насаждал князь Владимир в начале своего правления, а крещение нашей многострадальной страны так и не состоялось!) Поэтому суровый голос Святой Православной Церкви, возвещая о Страшном Суде, зовёт к покаянию и предостерегает от языческой ментальности, до сих пор живущей в нашем сознании.

После крещения Руси «отменить» масленицу (как и некоторые другие языческие игрища, например, «Иванов день») так и не смогли: наш народ готов отказаться от многого, но только не от бесшабашных гулянок и застолий с традиционным вопросом: «Ты меня уважаешь?» Поэтому церковные власти вынужденно совместили эту неделю вакханалий с последней подготовительной неделей перед Великим постом, которая имеет, согласно православному церковному Уставу, полупостный по рациону, но вполне покаянный по своему назначению характер. (Греки и другие христиане не могут понять, почему наш богослужебный (!) – а не только «народный» – календарь обзывает православную сырную седмицу языческим термином «масленица», пусть и в скобках. Подобные «Мюнхенские» попытки мирных соглашений, как мы знаем, плохо заканчиваются.) При этом обычай поминать на хмельной тризне предков блинами (это астрологический солярный знак – символ Солнца) был переосмыслен как заговенье – праздничную трапезу накануне поста.


Сырная седмица или масленица?

«Сырная седмица – преддверие и начало поста»

(святитель Тихон Задонский)

Православный Церковный календарь именует последнюю седмицу (неделю) перед Великим постом сыропустной (а народ – масленицей). Смысл этой седмицы – в постепенном переходе от обыденной жизни к великопостным «подвигам», которые, конечно же, у каждого христианина свои – и определяются его полом, возрастом, состоянием здоровья и профессией. В среду и пятницу даже не совершается Божественная Литургия (это в знак покаянной скорби), а службы суточного цикла, содержащие и покаянную Молитву преподобного Ефрема Сирина, почти соответствуют великопостным. Всё это – «светлые предпутия поста»!

Но народ – не только «простой» и «необразованный» (эта отговорка ныне смешна) – проводит это «начало умиления и покаяния» вполне по-язычески – в шумных гуляньях и сомнительных забавах.

Один из иностранных путешественников, посетивших Россию в XVII веке, мосье Одербон, с удовольствием носителя западной цивилизации констатировал (подобных свидетельств много): «В это время у русских почти беспрерывно продолжается обжорство и пьянство; они пекут паштеты, то есть оладьи и блины из масла и яиц, зазывают к себе гостей и упиваются мёдом, пивом и водкой до упаду и до беспамятства. В течение всей масленицы только и слышно, что того-то убили, того-то бросили в воду…».

Со временем мало что изменилось. Вспомним картину Василия Сурикова «Взятие снежного городка» или хрестоматийное изображение боя «стенка на стенку» в фильме «Сибирский цирюльник». Многие простодушные люди относятся к этим лубочным картинкам прошлого с ностальгическим придыханием и всерьёз считают, что всё это – «сугубо по-православному»; что так и следует «готовиться» к Великому посту: напиться до безобразия, слопать (простите за откровенный глагол!) как можно больше блинов, стараясь не умереть от заворота кишок (что действительно случалось), умело разбить ближнему нос или вывихнуть челюсть, а потом «покаяться» – попариться в Чистый понедельник в баньке, дабы смыть с себя масленичные излишества, и с чувством хорошо исполненного «православного долга» бухать земные поклоны. (Та же «логика», что и в случае «очищения» в проруби после святочного разгула.)

Конечно же, это совсем не христианская, а языческая разгульная обрядность, во многом искусственно возрождаемая сейчас под видом возвращения к «народным традициям». Очевидно, многим, желающим кощунственно смыть с Руси воды днепровской купели, хочется вернуться непременно к дохристианским «национальным истокам».

Неудивительно, что нашу страну, в которой за девять столетий не смогли утвердиться хотя бы элементарные нормы христианской морали и поведения, постигли столь тяжкие наказания в XX столетии. («Русь крещена, но не просвещена», – справедливо заметил Николай Лесков.) Это и был «Страшный суд», к счастью, ещё не окончательный; но разумно ли испытывать Божие долготерпение? Ещё один «Страшный суд» для нашего общества, сидящего на «пороховой (ядерной и термоядерной) бочке» может стать в прямом смысле Страшным (уже без кавычек) и последним. Всё зависит от способности покаяться (что на библейском языке значит «переменить сознание») и хотя бы попытаться жить по-христиански. К сожалению, вместо того, чтобы «на себя оборотиться» – вспомнить слова Спасителя о том, что Отец Небесный знает о каждом из нас всё (даже волосы на наших головах сосчитаны!) и что без Его попущения ничего не происходит, – многие отмахиваются от промысла Божия и винят во всех наших бедах разных внешних супостатов (их имена хорошо известны). В ответ Бог лишает людей разума, и это – начало Суда… Здесь есть над чем задуматься, особенно в преддверии Великого поста.

Юрий Рубан


Приложение


Святитель Тихон Задонский (†1783) о масленице

«Сырная седмица есть преддверие и начало [Великого] поста. А потому истинным чадам Церкви следует в сырную седмицу поступать во всём гораздо воздержаннее. Слушают ли, однако, христиане сладостных песней любвеобильной Матери своей? Она завещает в эти дни более благоговеть – а они ещё больше бесчинствуют. Она заповедует воздерживаться – а они ещё больше предаются невоздержанию. Она повелевает очищать тело и душу – а они ещё больше оскверняют их. Она велит сетовать о содеянных грехах – а они прибавляют новые беззакония. Она внушает умилостивлять Бога – а они ещё больше прогневляют Всевышнего. Она назначает пост – а они ещё больше объедаются и упиваются. <…> Самое празднование масленицы – есть дело языческое. У язычников был ложный бог Вакх (изобретатель хмельного питья), которому они учредили особенные в году праздники (так называемые вакханалии) и проводили эти празднества во всяких непотребствах и мерзостях. Смотрите, не так ли христиане проводят масленицу, а равно и многие празднества? <…> А я ещё раз скажу, что, кто проводит масленицу в бесчинствах, тот становится явным ослушником Церкви и показывает себя недостойным самого имени христианина» (цит. по: Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. М., 1993. Т. 1. С. 543–544).


Примечание

* Хорошо знакомое нам греческое слово крисис переводится как «разделение», «суждение», «суд», «приговор», «спор», «выбор», «окончание», «переломный момент», «кризис». В мещанском обиходе слово имеет однозначно отрицательный смысл: «Ох, когда же закончится этот очередной проклятый кризис: стабилизируется курс доллара и наступит желанная „стабильность“»! Но разумный христианин всегда пребывает в состоянии крисиса – то есть в состоянии духовного трезвения и суда над своими мыслями, желаниями и поступками. Так он готовится к тому, чтобы последний и окончательный Страшный Суд (= Страшный Кризис!) Божий не стал для него неожиданным и «страшным» в прямом смысле этого слова.


Источник: http://azbyka.ru/days/


Возврат к списку


#WORK_AREA#