Возможности информационно-психологического давления в языковом контексте

Возможности информационно-психологического давления в языковом контексте 25.10.2011

Возможности информационно-психологического давления в языковом контексте

Всемногообразие языков современного мирового сообщества можно уподобить постоянносвертывающейся спирали истории человечества, уходящей началом в неизмеримуюглубину веков. Осторожное и внимательное «распутывание» ниточек этой спирали,установление общих закономерностей и исследование особенностей бытования ивзаимовлияния различных языков - не только широкое поле увлекательнейшегонаучно-гуманитарного анализа, но также насущная проблема современности,обусловленная интенсификацией процессов «вбрасывания» информации в условияхглобализации. Какой знак несет в себе эмоциональное, психологическое,информационное воздействие в зоне языкового контакта, позитивно или негативновлияет оно на обе стороны диалога - вот вопросы, которые сегодня требуютпристального внимания исследователей.

Рольязыков (причем всех - родных, иностранных, искусственных языковых систем) всовременном социальном континууме постоянно возрастает. В первую очередь этосвязано с пропагандой, рекламой, всяческого рода манипулированием. Важнейшийвопрос сегодня звучит так: как отличить употребление языка от злоупотребления? Мынаходимся под влиянием пропаганды и рекламы, сами того не замечая, и потомунашим сознанием в настоящее время достаточно легко манипулировать.

Вобщем и целом любой язык включает в себя совокупность знаков, которыеиспользуются в рамках какого-либо общества, и код, который делает возможнойрасшифровку этих знаков и связь означаемого с означающим без особой затратысил. Раньше этот код был социально зафиксирован, а сейчас не существуетединого, явного, общепринятого кода. Лингвисты, семан­тики, семиологи пытаютсяреконструировать коды, чтобы быть в состоянии расшифровывать неизвестныепослания. Это объясняется существованием определенного количества сетей (приэтом каждый человек - часть той или иной сети), действительных конститутивныхсистем общества, которые посылают сообщения, используя заложенные ими инаходящиеся в их распоряжении каналы. Каналы пользуются неким кодом и недопускают существования такого кода, который бы смог завладеть их секретами.Отсутствие единого кода (при условии наличия частных кодов) делает возможнымобман, манипулирование информацией, введение многозначных (знакомых илинезнакомых) элементов, вследствие чего возникают существенные разночтения.

Рольязыка в жизни общества трудно переоценить. Наше поведение имеет в себеконвенциональный элемент, потому что реализуется в рамках общества, в рамкахопределенной социальной группы. Именно поэтому форма, которую принимает поведение,специфична для соответствующей социальной группы. Это является частью того, чтомы понимаем под культурой, и целенаправленно манипулирует нашим поведением вдопустимых пределах и в соответствии с конвенциональной системой. Нам нетребуется осознание сути правил коммуникации, чтобы их использовать, потому чтоони содержатся в языке, а также в других проявлениях коммуникативногоповедения.

Общеизвестно,что язык - это ресурс для воздействия на поведение людей, для оказания на нихопределенного влияния. Попытки такого воздействия могут принимать форму убеждения,аргументации или же угроз, обещаний, просьб, требований, приказов и т. д. Всемлюдям свойственно постоянно использовать язык для таких попыток. Использованиеабсолютно экстралингвистических средств для достижения данных целей теоретическивозможно, однако логики и фактов недостаточно, и, кроме того, использованиетолько этих средств было бы совершенно нетипично для нашей, так сказать,традиционно «языковой», культуры.

Ситуации,обнаруживающие попытки воздействия на собеседника, можно разделить на две категории,в зависимости от того, устанавливается ли направление попытки заранее (обычноэто происходит в монологической речи) или же оно протекает свободно инепринужденно (в диа- или полилогах). В первом случае материал для возможныхэкспериментов достаточно на­гляден, во втором очень сложно проследить движениевоздействия и вычленить отдельные фазы.

Процессыэмоционально-информационного давления в языковом контексте интересно проанализироватьна примере арабского языка, который сегодня все шире распространяется, и в томчисле, в германо-романской Европе. Существует мнение, что арабский язык имеетсовершенно особую эмоциональную власть. Человек, не принадлежащий к арабскойкультуре, не в состоянии понять силу воздействия арабских выражений. Для арабовязык - это не просто средство коммуникации, а искусство опьянения масс,приведения их в состояние эйфории. Власть языка в арабской культуре имеетособое значение; ее активно использовали арабские проповедники, политики,писатели (часто в одном лице), играя силой слов.

Языкимеет власть над своими реципиентами в том случае, когда ему удаетсяманипулировать ими или даже побуждать их к определенным действиям. Итак,манипулирование языком озна­чает воздействие, т. е. формирование определенногомнения, в политической риторике связанное с пропагандой своих теорий и нередкотакже с желанием социального подавления [Stock 1999: 91]. Приведем несколькопримеров риторических стратегий манипулирования и убеждения. Распространение«полуправды», обманчивая логика, повышение собственной роли, обесценивание ролипротивника, успокоение или воодушевление слушателя посредством нечеткихформулировок, повышение своего влияния с помощью избыточных и черно-белыхпредставлений, ослабление критической способности посредством подтвержденияпредрассудков, усиление чувства принадлежности к группе, тактики полученияжелаемого, ссылка на авторитеты, тривиали-зация и т. д. Таким образом, можносказать, что в арабской культуре наблюдается более активное и успешное, посравне­нию с западным сообществом, использование языкового кода в целяхпсихологического и информационного давления, что однозначно имплицирует манипулированиеобщественным сознанием.

Крайнеинтересную область изучения социальной власти языка представляет собой тема«язык и насилие», непосредственно связанная с гендерным аспектом как в социуме,так и в лингвистике.  Так, СентаТрёмель-Плётц говорит о сексизме в языке, об униженном, зависимом от мужчиныположении женщины в языковом поле. Вульгарный сексизм закреплен в словарях,учебниках, газетах. Речь идет прежде всего о немецком языке, так как в немобразование женских форм от одушевленных существительных мужского рода («Arzt -Arztin») представляется намного более логичным, чем, например, в русском (ср. «учитель- учительница», но «врач - ?»), в то время как в английском такое образованиепроводится в еще более ограниченных масштабах («teacher», «doctor»).

Трёмель-Плётцприводит следующий пример из NZZ (Neue Zurcher Zeitung): одна из статейназывалась «Tennis fur Anfanger», хотя, по мнению Трёмель-Плётц, следовало быназвать ее «Tennis fur Anfangerinnen», поскольку обычно новичками в теннисебывают женщины [Tromel-Plotz 1991: 54].

Ещеодин пример. По швейцарской Конституции, до 1971 года все швейцарцы имели правоголоса («Stimmberechtigt sind alle Schweizer»), однако женщины здесь имплицитноне имелись в виду: они получили право голоса лишь в 1971 году («Stimmberechtigtsind alle Schweizer und Schweizerinnen»). Получается, что женщины в Швейцариине подразумеваются, когда речь идет о швейцарцах («Schweizer»). Однако вомногих случаях женщинам приходится довольствоваться именно словом мужского рода(«Sehr geehrte Steuerzahler») и верить на слово, что они здесь тоже «имплицитноимеются в виду».

Трёмель-Плётцссылается на увиденное объявление:

«Erwachsene5, - DM

Frauenund Kinder frei».

Вэтом случае женщины явно воспринимаются не как полноценные взрослые люди, членыобщества [Tromel-Plotz 1999: 56].

Нанаш взгляд, исследование проблематики процессов психологического и информационногодавления в языковом контексте было бы плодотворно выстраивать в ключе экологииязыка, так называемой эколингвистики. Это научно-исследовательское «поле»возникает в семидесятых годах ХХ века благодаря Эйна-ру Хаугену. Анализу здесьподвергаются языковое развитие, языковые контакты и конфликты, т. н. «языковаясмерть», языковое планирование, а также индивидуальный билингвизм (освоениеребенком от рождения двух различных родных языков - отцовского и материнского)[Fill 1993: 121]. Экология - наука о взаимодействии организмов друг с другом ис окружающей средой, а экология языка изучает взаимодействие языка и его окруже­ния,что и роднит данную науку с экологией в общепринятом смысле. Таким образом,эколингвистика - это раздел языкознания, изучающий аспект взаимодействия, будьто взаимодействие между языками, между группами говорящих или между языком имиром, а также представляющий интересы малых групп по отношению к болеекрупным, борющийся за сохранение малых групп [Fill 1993: 144].

Взаимноевлияние языка и общества отражается, как на барометре, в обслуживающем этообщество языке. При этом язык - это ресурс для воздействия на поведение людей,для оказания влияния, реализуемого в различных формах. Влияние (особеннобеззастенчиво его зачастую используют в политических и рекламных целях) инойраз плавно переходит в давление, от ко­торого - лишь шаг до подавления. Как ужеговорилось, использование абсолютно экстралингвистических средств для достиженияданных целей теоретически возможно, но недостаточно и нетипично для нашейкультуры. Иными словами, внутри- и внеязыковые факторы ни в коем случае нельзярассматривать в отрыве друг от друга.

Бесспорно,нет такой сферы деятельности человека, которая не получила бы своего отраженияв языке. Развитие общественной жизни обусловливает расширение социальныхфункций языка, а последнее, в свою очередь, ведет за собой обогащениесловарного состава, развитие синтаксиса, стилистики, повышение частотностиупотребления слов, выражений и конструкций. Растет число иноязычныхзаимствований, производных слов, стилей. В данном случае изменения, вызванныевнутриязыковыми факторами, обычно тесно связаны с социально обусловленнымиизменениями.

Особоследует остановиться на взаимовлиянии различных языков в современном мировом сообществе.Наиболее подвержен изменениям и усовершенствованиям лексический уровень любогосовременного языка. Развитие социума, возникновение в нем новых реалийнеуклонно ведет за собой появление новых слов. Прежде всего, это касаетсятерминов, количество которых растет с огромной скоростью, особенно сейчас, вXXI веке, когда научно-технический прогресс достиг небывалых масштабов. Появлениемновых технологий, предметов, приборов, о которых наши деды не могли ипомыслить, сегодня никого не удивишь. И язык, как средство связи и общениянарода, как его орудие, как условие его существования, не может позволить себеотстать от этого прогресса. В противном случае он начинает терять свое влияниев обществе, чего он не может и не имеет права допустить.

Итак,язык обязан идти в ногу со временем и с обществом. Но что делать в том случае,когда в одном обществе (О1) предмет или явление (П1) существует, а в другом(О2) - в силу более медленного развития или каких-то других факторов - еще нет?Ведь получается, что в О1, говорящем на определенном языке (Я1), для этогопредмета или явления уже имеется наименова­ние (Н1), а в О2, говорящем надругом языке (Я2) - еще нет, и неизвестно, когда оно появится. Как жепереводить текст с Я1 на Я2? Как передавать Н1 средствами Я2, в котором непросто нет аналогичного слова, но говорящие на котором даже не имеютпредставления о том, что такое П1?

Уэтих наименований, или терминов, разная судьба: некоторым из них сужденоприобрести соответствия в других языках, другие обречены на одиночество и будутпередаваться в других языках исключительно в виде описательных оборотов с сомнительнойуспешностью. В любом случае, жизнь терминов напрямую зависит от судьбы стоящихза ними понятий и, конечно, от готовности народов перенимать чужой опыт и закреплятьего не только в своем обществе, но и в своем языке. С другой стороны, от успехавыбранного наименования во многом зависит успех не только самого слова, но итого предмета или явления, которое оно обозначает. Таким образом, бурноеразвитие науки и технологий способно спровоцировать некие лексические и понятийные«взрывы» в различных языках. Готовы ли люди, социумы -носители этих языков - ксопряженным информационным и психологическим нагрузкам - это одна из ключевыхгуманитарных проблем современности.

Сегодня,в XXI веке, когда ничто уже, кажется, не может нас удивить, язык - одна изнемногих областей, в которой наверняка будут сделаны невероятные открытия,потому что язык никогда не останавливается в своем развитии, он изменяетсявместе с нами. Хочется верить, что и общество, и язык, несмотря на критическиефазы, сумеют встать на верный путь и, отбрасывая ре­грессивные формы, изживаянегативные проявления эмоционально-информационного давления, будут взаимноразвиваться и совершенствоваться.

ЛИТЕРАТУРА

Stock, K. Sprache als ein Instrument der Macht. Strategien derarabischen politischen Rhetorik im 20. Jahrhundert / K. Stock. -Reichert VerlagWiesbaden, 1999. - 200 S.

Tromel-Plotz,S. Gewalt durch Sprache / S. Tromel-Plotz // Ge-walt durch Sprache: DieVergewaltigung von Frauen in Gesprachen. - Fischer Taschenbuch Verlag, 1991. S.50-67.

Fill,A. Okolinguistik: Eine Einfuhrung / Alwin Fill. Tubingen: Narr,

1993.151 S.

Audehm,Kathrin. Die Macht der Sprache: Performative Magie bei Pierre Bourdieu // Grundlagendes Performativen: Eine Einfuhrung in die Zusammenhange von Sprache, Macht undHandeln. Juventa Verlag Weinhem und Munchen, 2001. S. 101-128.

ХряпченковаОльга Сергеевна - аспирант кафедры фило­софии и теории социальной коммуникацииНижегородского государственного лингвистического университета.

 

Общероссийскоеобщественное движение взащиту прав родителей и детей «Всероссийскоеродительское собрание»

 


Возврат к списку


#WORK_AREA#