Зачем понадобилось объявлять Эболу "угрозой человечеству"

14.08.2015

Зачем понадобилось объявлять Эболу "угрозой человечеству"

Год назад ВОЗ объявила лихорадку Эбола глобальной угрозой, что тут же подхватили ведущие политики, но особо воодушевились фармацевтические компании. Кому была выгодна всеобщая тревога? Таким вопросом задался Владимир Ардаев.
0001эбола.jpg

Владимир Ардаев, обозреватель МИА "Россия сегодня".

8 августа исполняется ровно год с того дня, когда Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) признала геморрагическую лихорадку Эбола угрозой мирового масштаба. За это время она унесла жизни более 11 тысяч человек, но в целом так и не покинула границ своей родины — Западной Африки. За пределами эндемичного региона, включающего территорию трех государств — Гвинеи, Сьерра-Леоне и Либерии, — факты заболевания Эболой лишь единичны и всегда связаны с "импортом" вируса из очага болезни, а смертельные случаи крайне редки.

В отличие от самой смертельной заразы, по миру куда стремительнее распространилась паника, и немалые условия к этому приложили политики.

16 сентября 2014 года президент США Барак Обама объявил "войну Эболе" и направил в Западную Африку три тысячи американских солдат. Позже он назвал этот вирус главной угрозой человечеству, поставив на второе место Россию с ее ролью в украинском конфликте, а на третье — бесчинства боевиков ИГИЛ в Ираке и Сирии. Летом нынешнего года, в преддверии саммита "Большой семерки" этот рейтинг угроз озвучила и канцлер ФРГ Ангела Меркель. В результате в баварской повестке дня Эбола действительно заняла место в ряду главных проблем — правда, несколько потесненная Украиной и долговым кризисом в Греции.

Тревога, поднятая в мире, безусловно, сыграла свою положительную роль. Американские военные построили в страдающих от пандемии странах больницы, со всех континентов туда поступает помощь, летят десанты врачей и гуманитарные грузы. Российские отряды тоже работают на Африканском континенте.

В нынешнем году ситуация улучшилась, скорбная статистика заражений Эболой и смертей от нее пошла на спад. Борьба с распространением болезни идет с переменным успехом: в начале мая Либерия была объявлена "зоной, свободной от Эболы", но два месяца спустя были зафиксированы новые случаи заболевания в этой стране. Всего с начала прошлогодней вспышки Либерия потеряла около 5 тысяч человек, Сьерра-Леоне — около 4 тысяч, Гвинея — 2,5 тысячи.

"То, что Эболу назвали угрозой всему человечеству, это, извините, полная чушь"

Вирус геморрагической лихорадки Эбола, получивший название от одноименной реки, впервые был выявлен в 1976 году в Судане и приграничных районах Заира (ныне Демократическая Республика Конго). Раз в несколько лет происходили локальные вспышки заболевания, печальная статистика которых, как правило, ограничивалась десятками жертв. Самая большая до сих пор вспышка была отмечена в 2003 году в Конго, когда от Эболы погибли 128 человек.

Эпидемия 2014 года стала самой масштабной. Она не только охватила три страны в Западной Африке, но и проникла на другие африканские территории — в Нигерию, Сенегал, Мали. Но более всего мир встревожился, когда зараженных Эболой (или людей с подозрением на заражение) обнаружили на других континентах — в Испании, США, Великобритании, Германии, Канаде. Во всех случаях переносчиками вируса были те, кто возвращался из Африки. Отмечены единичные случаи передачи инфекции от зараженных людей здоровым за пределами эндемичной зоны.

Эпидемия лихорадки Эбола не может распространиться за пределы эндемичной территории ее возникновения, поскольку жизнедеятельность этого вируса напрямую связана с географическими условиями — природой, климатом, местной флорой и фауной, убежден заведующий кафедрой инфекционных болезней Института повышения квалификации Федерального медико-биологического агентства России Владимир Никифоров.

"То, что Эболу назвали угрозой всему человечеству, это, извините, полная чушь. Это сугубо локальное заболевание, которое никуда за пределы Западной Африки выйти не может. Вирус столетиями существовал там и там останется. Для распространения любой эпидемии необходим так называемый резервуар возбудителя. Таким резервуаром для Эболы являются некоторые виды рукокрылых, которые живут только в тех местах, в джунглях, и питаются исключительно бананами и другими экзотическими фруктами. Куда-нибудь в Европу или Америку болезнь, конечно, могут завезти, но широкого распространения она не получит, потому что для этого нет соответствующих условий. Вот почему считать Эболу глобальной угрозой, в отличие от боевиков ИГ, никак нельзя", — утверждает профессор.

Аналогичную точку зрения – о том, что распространение Эболы не несет глобальной угрозы и уж тем более опасности для России, – высказывали в СМИ многие видные российские специалисты. Например, заместитель директора ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора академик Виктор Малеев, заведующий лабораторией физиологии вирусов ФГБУ "ГНЦ Институт иммунологии" профессор Эдуард Карамов и другие.

Масштабы бедствия от Эболы даже в эпицентре пандемии несопоставимы с последствиями распространения многих других инфекционных болезней. Скажем, только в России от СПИДа погибло в 15 раз больше людей, чем во всем мире от африканской геморрагической лихорадки.

Коммерческий интерес

"Тревога, поднятая вокруг Эболы, имеет вполне определенные экономические обоснования. У каждой трагедии, как у всякой монеты, всегда есть две стороны. Есть те, кто страдает, и те, кто получает прибыль. Бенефициарами страхов от распространения инфекционных заболеваний традиционно выступают фармацевтические компании. С этим мы сталкиваемся постоянно – например, когда при возникновении вспышки простого гриппа цены на антивирусные препараты вдруг подскакивают на порядок. Бизнес-схема всегда простая: сначала поднять истерику, потом взвинтить цену. Так и тут", — говорит Владимир Никифоров.

На это же обстоятельство обратил внимание и профессор Принстонского университета Уильям Энгдаль. В своей статье в журнале NEO он рассказал о том, что американские врачи используют для диагностирования Эболы далеко не совершенный тест, с помощью которого даже невозможно определить количество вируса в организме.

Приблизительность тестирования приводит к тому, что к числу погибших от Эболы могут в массовом порядке приписывать тех, кто умер в Западной Африке от других болезней со схожими симптомами. Однако об этом предпочитают умалчивать, чтобы обеспечить фармакологических гигантов заказами на вакцину от вируса.

По мнению доктора Энгдаля, ситуация с Эболой в мире обстоит далеко не так критически, как ее пытаются представить международные организации, включая ВОЗ. В другой своей публикации он усматривает странную связь "войны", объявленной Бараком Обамой, Эболе с активизацией Пентагона, который также подключился к финансированию фармакологических программ по разработке вакцины от этой лихорадки.

Фармацевтические компании всего мира вступили в гонку за лидерство в разработке средств против Эболы. И хотя ученые сначала заявляли, что для разработки вакцины от этой болезни понадобится минимум 5-7 лет, но уже буквально через месяц-другой замелькали сообщения о созданных в разных странах препаратах. Эксперты по биоэтике ВОЗ признали допустимым, учитывая чрезвычайность ситуации, использование в борьбе с Эболой "непроверенных методов лечения с неизвестными на сегодняшний день эффективностью и побочными эффектами".

Немецкая газета Zeiten Schrift в июне опубликовала статью о том, что американские врачи и военнослужащие, направленные в Западную Африку, подвергаются принудительной вакцинации не прошедшим все стадии проверок, испытаний и сертификации препаратом.

Наконец, в конце июля специализированный медицинский журнал The Lancet сообщил о новой вакцине, разработанной в Канаде под эгидой Агентства общественного здравоохранения этой страны. Авторство препарата принадлежит двум американским фармацевтическим компаниям Merck и NewsLink Genetics. Вакцина, получившая название VSV-ZEBOV, якобы обеспечивает стопроцентную защиту от вируса Эбола.

Похоже, лидер определился. Хотя в то же самое время в разных странах продолжаются и разработки, и испытания альтернативных препаратов.

"Сколько раз мы умирали?"

Уильям Энгдаль напомнил, как в 2009 году в мире точно так же били тревогу по поводу глобальной угрозы свиного гриппа, который тоже называли "глобальной угрозой человечеству". Тогда ВОЗ обязала большинство стран мира приобрести сотни тысяч доз вакцины, не прошедшей всех необходимых испытаний.

Германия в 2009-м приобрела 34 миллиона упаковок вакцины. 27,5 миллиона пролежали на складах более двух лет, и у них истек срок годности. Тем временем ажиотаж по поводу свиного гриппа в мире спал, и в 2011 году вакцину пришлось уничтожить. Бюджетам федеральных земель Германии все это обошлось почти в 240 миллионов евро.

Вкладывать огромные средства в разработку вакцины, пускать в производство непроверенные препараты, выпускать их в огромных количествах – все это, по мнению Владимира Никифорова, имеет смысл только тогда, когда будут трезво оценены все "за" и "против" данных мероприятий. Раздувать сугубо локальную проблему до масштабов глобальной угрозы человечеству смысла не имеет.

"Сколько раз мы умирали? То от свиного гриппа, то от куриного, то от коровьего бешенства… И каждый раз никакой эпидемии не случалось. Так и сейчас – с Эболой. Да и с коронавирусом тоже, потому что он тоже является локальным ближневосточным и в какой-то мере южнокорейским заболеванием. Зато кто-то всегда непременно оказывается в выигрыше", — сказал в завершение профессор.


Возврат к списку


#WORK_AREA#