Дело об абортах

13.11.2014

Дело об абортах

Межрегиональное

общественное движение

в защиту прав

родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 274 «30» сентября 2013 г.

-----------------------------

ФГБУ НЦАГИП

имени В.И. Кулакова

Министерства здравоохранения РФ

Главному специалисту

по акушерству и гинекологии

Министерства здравоохранения РФ

Адамян Л.В.

117997, г. Москва, ул. Академика Опарина, д. 4.

E-mail: secretariat@oparina4.ru

Уважаемая Лeйла Владимировна!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание», с просьбой о помощи обратились представители родительской общественности.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

В связи с подготовкой законопроекта о внесении изменений в ст. 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» убедительно прошу Вас разъяснить следующие вопросы, связанные с данным законопроектом:

1. Является ли беременность заболеванием, требующим лечения?

2. Является ли проведение аборта медицинской услугой по излечению женщины от беременности?

3. Является ли операция по производству аборта без медицинских показаний безвредной для здоровья женщины?

4. Может ли операция по производству аборта негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины?

5. Насколько прозрачна методика определения сроков беременности для производства бесплатного аборта?

Прошу направить мотивированный ответ в установленные законом сроки.

С уважением

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Г. С. Авдюшин



1-1.JPG

1-2.JPG

1-3.JPG

Межрегиональное

общественное движение

в защиту прав

родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 275 «30» сентября 2013 г.

=============================

Главному специалисту

акушеру-гинекологу

Министерства здравоохранения

Свердловской области

Давыденко Н.Б.

620014, г. Екатеринбург, ул. Вайнера, 34б

E-mail: mzso@zdravso.ru

Уважаемая Наталья Борисовна!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание», с просьбой о помощи обратились представители родительской общественности.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

В связи с подготовкой законопроекта о внесении изменений в ст. 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» убедительно прошу Вас разъяснить следующие вопросы, связанные с данным законопроектом:

1. Является ли беременность заболеванием, требующим лечения?

2. Является ли проведение аборта медицинской услугой по излечению женщины от беременности?

3. Является ли операция по производству аборта без медицинских показаний безвредной для здоровья женщины?

4. Может ли операция по производству аборта негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины?

5. Насколько прозрачна методика определения сроков беременности для производства бесплатного аборта?

Прошу направить мотивированный ответ в установленные законом сроки.

С уважением

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Г. С. Авдюшин



Межрегиональное

общественное движение

в защиту прав

родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 286/275

«19» декабря 2013 г.

---------------------------------

Прокурору

Свердловской области

Охлопкову С. А.

Свердловская область

620219 , ГСП -1036,

Екатеринбург,

ул. Московская 21

Интернет - приемная:

http://prokurat-so.ru/main.php?id=46

Уважаемый Сергей Алексеевич!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание», с просьбой о помощи обратились представители родительской общественности.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

30 сентября 2013 года в рамках предоставленных вышеуказанным законом полномочий мы обратились с письмом исх. №275 на имя Главного специалиста акушеру-гинекологу Министерства здравоохранения Свердловской области Давыденко Н.Б., в котором просили дать разъяснений по ряду интересующих родителей вопросов.

В соответствии со ст.2 Федеральный закон от 02.05.2006 N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» (далее Закон), граждане имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы, органы местного самоуправления и должностным лицам.

Согласно ч.2 ст.8 Закона, письменное обращение подлежит обязательной регистрации в течение трех дней с момента поступления в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу. В силу ст.9 Закона, обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, подлежит обязательному рассмотрению.

В соответствии с ч.1 ст.12 Закона, письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения.

Законом чётко регламентированы сроки рассмотрения обращений, а именно ч.1 ст.12 предусматривает, что письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения.

По состоянию на 19 декабря 2013 года, ответ нами так и не получен, а значит, нам в установленные сроки не направлялся. Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении должностным лицом сроков рассмотрения обращений и направления заявителю ответа о принятом решении.

На основании выше изложенного,

прошу:

– проверить указанные в обращении обстоятельства, на предмет выявления в деятельности должностных лиц Министерства здравоохранения Свердловской области, признаков нарушения действующего законодательства;

– принять меры прокурорского реагирования по устранению изложенных в обращении нарушений с целью недопущения в дальнейшем на


рушений прав и свобод граждан;

– привлечь виновных лиц к ответственности.

Прошу дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

Приложение: Обращение исх.№275 от 30.09.2013г.

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Г. С. Авдюшин



2-1.JPG

3-1.JPG

3-2.JPG

Межрегиональное

общественное движение

в защиту прав

родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 300 «10» февраля 2014 г.

-------------------------

Генеральному Прокурору

Российской Федерации

Ю. Я. Чайке

125993, ГСП-3, Россия, Москва

ул. Б. Дмитровка, 15а.

Интернет - приемная:

http://genproc.gov.ru/contacts/ipriem/address/send/

Уважаемый Юрий Яковлевич!

В межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

Позиция родительской общественности основывается на следующем.

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной статьей 56 «Искусственное прерывание беременности» Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан», проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия. Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании добровольного информированного согласия женщины.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, неблагоприятно сказывающимися на состоянии здоровья человека.

Операция искусственного прерывания беременности является вмешательством, ранние или поздние осложнения которого могут негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при операции по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России № 335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932.

Раздел III Программы назван: «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих заболеваниях и состояниях:… беременность, роды, послеродовой период и аборты».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при заболеваниях и состояниях, к коим аборт не относится.

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Указанным нормативным актом определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением (п.п.7, 116 Порядка). Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта (совокупность манипуляций), в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит, современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более, происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм. Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Статья 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Статья 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье статьей 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в статье 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в статье 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

Из выше сказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом.

В настоящее время момент рождения ребенка определен статьей 53 ФЗ N-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 27.09.2013г.) констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к срокам беременности.

Даже медицинские критерии рождения, определенные Приказом Минздрава России №1687н (в ред. от 16.01.2013г.), который определяют лишь сроки выживания ребенка. Но, ни законодатель, ни медицинский ученый не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери как до 22 недель беременности, так и после. Более того Приказом №1687н четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры. Именно обо всех этих признаках и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период. Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…»(ФЗ-323 ст.53), начинается второй этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути, означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит социальным норма и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности, подтвержденной данными современных медицинских исследований.

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14 день после зачатия. Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной эмбриологии. В частности, по мнению доктора биологических наук В.А. Голиченкова: «Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал» (Голиченков В.А. Эмбриология. 2004.)

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто, исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет, о возможности безнаказанно лишить жизни больного, находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н (в ред. 16.01.2013г), и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося ребенка от матери, непосредственно связано с отношением государства своему гражданину и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве, защите ее чести и достоинства.

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины. Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность. Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития. Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены. В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека, что уголовным правом квалифицируется, как убийство.

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние.

На основании вышеизложенного,

прошу:

  1. Внести в Правительство Российской Федерации представление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932) ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию (Разделе III. «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно»).
  2. Внести в Правительство Российской Федерации предостережение о недопустимости нарушения действующего законодательства, а именно осуществления финансирования за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования медицинских услуг, относя их к заболеванию или состоянию.
  3. Обратиться с законодательной инициативой в Федеральное Собрание Российской Федерации о внесении изменений в действующее законодательство, которые будут препятствовать возможности осуществления абортов (за исключением случаев их производства по медицинским показаниям) на территории Российской Федерации.

Прошу дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Ответ академика РАМН Л. В. Адамян

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

Г. С. Авдюшин



4-1.JPG

4-2.JPG

5-1.JPG

5-2.JPG

6-1.JPG

7-1.JPG

7-2.JPG

8-1.JPG

8-2.JPG

9-1.JPG

9-2.JPG

10-1.JPG

10-2.JPG

logo.png

Генеральному

Прокурору

Российской Федерации

Ю. Я. Чайке

125993, ГСП-3, Россия, Москва

ул. Б. Дмитровка, 15а.

Интернет - приемная:

http://genproc.gov.ru/contacts/ipriem/send/

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 3 17/300

« 28 » марта 2014 г.

---------------------------------

ЖАЛОБА

на решение начальника отдела №72/2-616-2013/Нд4048-14

и ответ Министерства здравоохранения РФ

Уважаемый Юрий Яковлевич!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 №82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

В связи с обращением в нашу организацию граждан и предоставленными законом полномочиями, 10 февраля 2014 года мы обратились к Вам с жалобой, в которой ставился вопрос о недопустимости проведения в стране абортов, да ещё и за счёт всех налогоплательщиков. Также нами ставился вопрос о инициировании Вами законодательной инициативы о запрете на территории РФ абортов.

18 февраля 2014 года в наш адрес из Генеральной прокуратуры РФ был направлен ответ №72/2-616-2013/Нд4048-14 на нашу жалобу, подписанный начальником отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М. В. Зайцевой. Из данного ответа следует, что Генеральной прокуратурой РФ наше обращение рассмотрено не будет, и оно было направлено в соответствии с компетенцией в Министерство здравоохранения Российской Федерации.

17 марта 2014 года в наш адрес направлен ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569, подписанный директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, суть которого сводится к тому, что решение о производстве аборта находится в компетенции беременной женщины и его производство входит в базовую программу обязательного медицинского страхования. По мнению автора ответа, запрет абортов может привести к негативным последствиям.

С приведёнными выше решениями сотрудников Генеральной прокуратуры РФ и Минздрава России мы согласиться не можем, считаем их незаконными и необоснованными по следующим основаниям.

Ни один из ответов фактически не содержит доводов по вопросам, поставленным в нашем обращении. Начальник отдела М.В.Зайцева в данном случае приняла неверное решение о перенаправлении нашей жалобы, поскольку среди прочих вопросов, ставился и вопрос о инициировании именно Генеральным прокурором РФ, как субъектом законодательной инициативы, обращения в Федеральное Собрание Российской Федерации и Правительство РФ о необходимости корректировки действующего законодательства и запрете производства и финансирования абортов.

Также в нашем обращении речь шла и о том, что за аборты косвенно платят все налогоплательщики, в том числе и противники абортов, которые фактически являются убийством беззащитного ребёнка. Такая ситуация является недопустимой и нарушает права граждан, в связи с чем в данной части необходима реакция именно надзирающего органа. М.В.Зайцева просто не вникла в суть нашего обращения, что привело к необоснованному его переадресованию в орган исполнительной власти.

Также и ответ Минздрава РФ не может быть признан обоснованным, а значит и законным. Данный ответ представляет собой некое оправдание и легализацию действий медиков по производству искусственного прерывания беременности. Причём данный ответ дан в отрыве от тех аргументов, которые содержались в нашем обращении, в котором мы указывали следующие обстоятельства(!).

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

Позиция родительской общественности основывается на следующем(!).

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной статьей 56 «Искусственное прерывание беременности» Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан», согласно которой «…Искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия…». Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании добровольного информированного согласия женщины.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, вредоносно сказывающимися на состояния здоровья женщины.

Искусственное прерывание беременности является ОПЕРАЦИЕЙ И МЕДИЦИНСКИМ ВМЕШАТЕЛЬСТВОМ(!), раннее или позднее осложнение которого, может негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при ОПЕРАЦИИ(!) по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России №335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. №932.

Раздел III Программы назван: «Перечень ЗАБОЛЕВАНИЙ И СОСТОЯНИЙ(!), оказание медицинской помощи при которых, осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих ЗАБОЛЕВАНИЯХ И СОСТОЯНИЯХ(!):… беременность, роды, послеродовой период и аборты(!)».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при ЗАБОЛЕВАНИЯХ И СОСТОЯНИЯХ(!), к коим аборт(!) не относится.

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Указанным нормативным актом определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением (п.п.7, 116 Порядка). Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта (совокупность манипуляций), в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более, происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм. Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Статья 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Статья 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье статьей 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в статье 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в статье 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

Из вышесказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом.

В настоящее время момент рождения ребенка определен статьей 53 ФЗ №-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 27.09.2013г.) констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к СРОКАМ БЕРЕМЕННОСТИ(!).

Даже медицинские критерии рождения, определенные Приказом Минздрава России №1687н (в ред. от 16.01.2013г.), который определяют лишь сроки выживания ребенка. Но, ни законодатель(!), ни медицинский ученый(!) не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери(!) как до 22 недель беременности, так и после.

Более того Приказом №1687н четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры(!). Именно обо всех этих признаках(!) и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период(!). Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…»(ФЗ-323 ст.53), начинается второй(!) этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути, означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит(!) социальным нормам и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности(!), подтвержденной данными современных медицинских исследований(!).

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14(!) день после зачатия. Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной наукой эмбриологией «…Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал…». (Голиченков В.А. Эмбриология. 2004.)

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто, исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет, о возможности безнаказанно лишить жизни больного(!), находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н (в ред. 16.01.2013г), и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося ребенка от матери, непосредственно связано с отношением государства(!) своему гражданину(!) и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве(!), защите ее чести и достоинства(!).

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления(!) в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины.

Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым(!) и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность(!).

Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития(!).

Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены(!). В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека(!), что уголовным правом квалифицируется, как убийство(!).

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться(!) государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние(!).

В своём ответе директор Департамента Минздрава РФ Е.Н.Байбарина указывает, что аборты производятся бесплатно в соответствии со ст.35(!) Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации». Однако необходимо отметить, что ИМЕННО ДАННАЯ НОРМА НЕ ПОЗВОЛЯЕТ(!) любой аборт финансировать за счёт средств обязательного медицинского страхования.

ЭТО СЛЕДУЕТ из положений части 4(!) указанной статьи, согласно которой, «…страховое обеспечение в соответствии с базовой программой обязательного медицинского страхования устанавливается исходя из стандартов(!) медицинской помощи и порядков оказания медицинской помощи, установленных уполномоченным федеральным органом исполнительной власти…». Однако стандарты, о которых идёт речь в ст.35 предусматривают лишь оказание специализированной помощи только при САМОПРОИЗВОЛЬНОМ(!) прерывании беременности (Приказ Минздрава России от 07.11.2012 №590н).

Стандарта(!) же на оказание медицинской помощи при прерывании беременности по желанию женщины, В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ НЕ СУЩЕСТВУЕТ(!), а значит, на основании данной нормы бесплатное проведение абортов незаконно(!).

Далее сотрудником Минздрава России указывается, что женщине самой предоставлено право решать вопрос о материнстве. Никто этого права и не оспаривает(!), но так можно договориться до того, что женщина вправе решать оставаться ей матерью или нет, и сохранять или не сохранять жизнь уже родившемуся ребёнку(!).

Выше убедительно было показано, что ребёнок в утробе матери и родившийся ребёнок, это уже живой человек и разницы в последствиях при лишении его жизни до или после родов быть не должно.

Совершенно голословным и никакими фактами не подтверждённым является тезис о том, что запрет абортов может привести к крайне негативным последствиям в виде увеличения количества случаев детоубийств, отказа от детей и повышению материнской смертности. Это является частным мнением чиновника и не более того(!) и стандартным аргументом сторонников легализации убийства незащищённых детей.

Есть ряд стран, в которых относительно недавно производство абортов было запрещено. И статистика этих стран показывает, что количество материнской смертности там резко сократилось(!).

В настоящее время Минздравом РФ скрывается статистика, сколько матерей ежегодно умирает в результате аборта или в связи с его последствиями(!).

Научная и родительская общественность настаивает, что запрет абортов с одновременными мерами социальной поддержки матерей позволит уменьшить и количество смертей женщин и детей, и уменьшит количество случаев отказа от детей, и в целом улучшит демографическую ситуацию в стране.

Безусловно, подлежит изменению ст.35 Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации». Из п.19 ч.6 указанной статьи необходимо исключить фразу «и аборты».

Принимая во внимание, вышеизложенное и руководствуясь ст.ст.10, 21 ФЗ «О прокуратуре РФ»,

П Р О Ш У:

  1. Признать решение №72/2-616-2013/Нд4048-14 начальника отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М.В.Зайцевой и ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569, подписанный директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, незаконными и необоснованными.
  2. В рамках полномочий Генпрокуратуры РФ в части законодательной инициативы внести в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации законопроект о внесении изменений в статью 35 Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», предусматривающий исключение из п.19 ч.6 указанной статьи фразы «и аборты».
  3. Внести в Правительство Российской Федерации представление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. №932) ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию, как не соответствующую действительности (Разделе III. «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно»).
  4. Внести в Правительство Российской Федерации предостережение о недопустимости нарушения действующего законодательства, а именно осуществления финансирования за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования медицинских услуг, относя их к заболеванию или состоянию.
  5. Обратиться с законодательной инициативой в Федеральное Собрание Российской Федерации о внесении изменений в действующее законодательство (п.19 ч.6 ст.35 Федерального закона от 29.11.2010 №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» и др.), которые будут препятствовать возможности осуществления абортов (за исключением случаев их производства по медицинским показаниям) на территории Российской Федерации.

Прошу дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Ответ академика РАМН Л. В. Адамян

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин



11-1.JPG

12-1.JPG

12-2.JPG

13-1.JPG

14-1.JPG

15-1.JPG


logo.png

Председателю Правительства

Российской Федерации

Д. А. Медведеву

103274, Москва,

Краснопресненская наб., 2, стр., 2

Дом Правительства

E-mail: http://government.ru/letters/form/

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 341

«16» мая 2014 г.

--------------------------------

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

В межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

11 ноября 2014 года в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации под номером 381372-6 был зарегистрирован законопроект «О внесении изменения в статью 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», внесённый Самарской Губернской Думой.

19 декабря 2013 года данный законопроект был возвращён субъекту права законодательной инициативы для выполнения требований Конституции Российской Федерации и Регламента Государственной Думы, поскольку отсутствовало заключение Правительства Российской Федерации.

21 января 2014 года Самарской Губернской Думой во исполнение части 3 статьи 104 Конституции Российской Федерации, а также в соответствии с решением Совета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Вам был направлен на заключение проект федерального закона «О внесении изменения в статью 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (Исх.№9.3-12/267).

До настоящего время никакого заключения по данному законопроекту Правительством Российской Федерации не дано.

Родительская общественность России считает законопроект очень важным и подлежащим рассмотрению в сжатые сроки в первоочередном порядке.

Есть и ещё ряд важных аргументов, которые необходимо принять во внимание при решении вопроса о прекращении санкционированного убийства нерождённых детей за счёт граждан России.

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной статьей 56 «Искусственное прерывание беременности» Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан», проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия. Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании добровольного информированного согласия женщины.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, неблагоприятно сказывающимися на состоянии здоровья человека.

Операция искусственного прерывания беременности является вмешательством, ранние или поздние осложнения которого могут негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при операции по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России № 335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932.

Раздел III Программы назван: «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих заболеваниях и состояниях:… беременность, роды, послеродовой период и аборты».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при заболеваниях и состояниях, к коим аборт не относится.

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Указанным нормативным актом определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением (п.п.7, 116 Порядка). Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта (совокупность манипуляций), в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит, современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более, происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм(!).

Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Статья 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Статья 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье статьей 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в статье 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в статье 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

Из выше сказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом(!).

В настоящее время момент рождения ребенка определен статьей 53 ФЗ N-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 27.09.2013г.) констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к срокам беременности(!).

Даже медицинские критерии рождения, определенные Приказом Минздрава России №1687н (в ред. от 16.01.2013г.), который определяют лишь сроки выживания ребенка. Но, ни законодатель, ни медицинский ученый не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери как до 22 недель беременности, так и после.

Более того Приказом №1687н четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры. Именно обо всех этих признаках и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период. Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…»(ФЗ-323 ст.53), начинается второй этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути, означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит социальным норма и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности, подтвержденной данными современных медицинских исследований.

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14 день после зачатия. Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной эмбриологии. В частности, по мнению доктора биологических наук В.А. Голиченкова: «Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал» (Голиченков В.А. Эмбриология. 2004.)

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто, исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет, о возможности безнаказанно лишить жизни больного, находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н (в ред. 16.01.2013г), и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося ребенка от матери, непосредственно связано с отношением государства своему гражданину и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве, защите ее чести и достоинства.

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины.

Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность. Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития. Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены. В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека, что уголовным правом квалифицируется, как убийство.

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние.

На основании вышеизложенного,

ПРОШУ:

  1. Принять меры по скорейшему рассмотрению и даче заключения по законопроекту «О внесении изменения в статью 35 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», внесённому Самарской Губернской Думой.
  2. Принять Постановление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932) ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию (Разделе III. «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно»).

ПРИЛОЖЕНИЕ: Ответ академика РАМН Л. В. Адамян

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин



16-1.JPG

logo.png

Генеральному

Прокурору

Российской Федерации

Ю. Я. Чайке

125993, ГСП-3, Россия, Москва

ул. Б. Дмитровка, 15а.

Интернет - приемная:

http://genproc.gov.ru/contacts/ipriem/send/

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 344/317

«22» мая 2014 г.

------------------------

ЖАЛОБА

на решения начальника отдела

№72/2-616-2013/Он16804-14 и №72/2-616-2013/Нд9415-14

и ответ Министерства здравоохранения РФ

Уважаемый Юрий Яковлевич!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 №82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

В связи с обращением в нашу организацию граждан и предоставленными законом полномочиями, 10 февраля 2014 года мы обратились к Вам с жалобой, в которой ставился вопрос о недопустимости проведения в стране абортов, да ещё и за счёт всех налогоплательщиков. Также нами ставился вопрос о инициировании Вами законодательной инициативы о запрете на территории РФ абортов.

18 февраля 2014 года в наш адрес из Генеральной прокуратуры РФ был направлен ответ №72/2-616-2013/Нд4048-14 на нашу жалобу, подписанный начальником отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М. В. Зайцевой. Из данного ответа следует, что Генеральной прокуратурой РФ наше обращение рассмотрено не будет, и оно было направлено в соответствии с компетенцией в Министерство здравоохранения Российской Федерации.

17 марта 2014 года в наш адрес направлен ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569, подписанный директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, суть которого сводится к тому, что решение о производстве аборта находится в компетенции беременной женщины и его производство входит в базовую программу обязательного медицинского страхования. По мнению автора ответа, запрет абортов может привести к негативным последствиям.

Не согласившись с указанными выше ответа Минздрава России и Генеральной прокуратуры РФ, мы 28 марта 2014 года вновь обратились с ЖАЛОБОЙ в Генеральную прокуратуру РФ.

07 апреля 2014 года в наш адрес были направлены два письма, подписанных начальником отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М. В. Зайцевой. Из одного письма (№72/2-616-2013/Нд9415-14) следует, что наше обращение вновь направлено в Минздрав России, а из второго письма (№72/2-616-2013/Он16804-14) следует, что Генеральной прокуратурой наше обращение рассматриваться не будет, поскольку не содержит сведений о нарушении чьих-то прав, а в остальной части оно касается вопросов, отнесённых к компетенции Минздрава России.

15 мая 2014 года из Минздрава России нам направлен ответ, из которого следует, что Минздрав России прекращает с нами переписку.

С приведёнными выше решениями сотрудников Генеральной прокуратуры РФ и Минздрава России мы согласиться не можем, считаем их незаконными и необоснованными по следующим основаниям.

Необходимо особо подчеркнуть, что предметом настоящей ЖАЛОБЫ является оценка законности и обоснованности действий и решений сотрудников Минздрава России и Генеральной прокуратуры РФ по рассмотрению наших обращений.

Из сути обжалуемых решений следует, что должностные лица воспринимают наши обращения, как дубликаты первичных обращений, однако это не так. В предыдущей нашей жалобе мы особо подчёркивали, что не согласны с конкретными решениями, принятыми конкретными людьми. Каждая последующая жалоба содержит новые сведения о нарушении наших прав при рассмотрении предыдущего рассмотрения, что свидетельствует, что она не является дубликатом предыдущей жалобы, а содержит новые сведения, которые мы просим проверить.

Поэтому является абсолютно порочной позиция, изложенная в ответах, в соответствии с которой нам отказывается в рассмотрении жалобы в виду того, что ранее нам уже неоднократно направлялись ответы на аналогичные вопросы. Мы ведь в своих жалобах не просим дублировать ответы, а просим ответить на новые вопросы, в частности, правильность и обоснованность действий и решений конкретных должностных лиц.

Таким образом, Генеральной прокуратурой РФ и Минздравом России существенным образом ущемляются наши права, и нарушается закон.

Остаётся только удивляться тому, что высокое должностное лицо Генеральной прокуратуры РФ (Зайцева М.В.), получив нашу жалобу на действия и решения Минздрава России, направляет её для рассмотрения опять же в Минздрав. У нас нет никаких сомнений в том, что начальник отдела Генеральной прокуратуры РФ отлично знает Федеральный закон от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», в соответствии с ч.5 ст.10 которого запрещается пересылка жалобы в орган или должностному лицу, решения либо действия которых обжалуются. Поэтому иначе как умышленным нарушением закона такие действия сотрудника прокуратуры не назовёшь.

Учитывая изложенные обстоятельства мы ещё раз настоятельно просим, осуществить возложенную на органы прокуратуры функцию по надзору за соблюдением действующего законодательства. Мы обращаем Ваше внимание на то, что обжалуемые решения нарушают наши права и являются незаконными, поскольку не являются мотивированными и не содержат доводов, по которым наши аргументы отвергнуты, как несостоятельные.

Для того чтобы наша позиция была более понятной, просим Вас при рассмотрении настоящей жалобы ознакомиться и с текстом жалобы, послужившей основанием для принятия обжалуемых решений.

Принимая во внимание, вышеизложенное и руководствуясь ст.ст.10, 21 ФЗ «О прокуратуре РФ»,

П Р О Ш У:

Признать решения №72/2-616-2013/Он16804-14 и №72/2-616-2013/Нд9415-14 от 07 апреля 2014 года начальника отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М.В.Зайцевой и ответы Минздрава России №15-4/10/3011519-569 и №15-4/10/3023561-1028 подписанные директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, незаконными и необоснованными, отменить их и принять решение по существу наших предыдущих жалоб.

Прошу дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

  1. Ответ Генеральной прокуратуры РФ №72/2-616-2013/Он16804-14 от 07.04.2014г.;
  2. Ответ Генеральной прокуратуры РФ №72/2-616-2013/Нд9415-14 от 07.04.2014г.;
  3. Ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569 от 17.03.2014г.;
  4. Ответ Минздрава России №15-4/10/3023561-1028 от 15.05.2014г.;
  5. Обращение МОД «МРС» 317/300 от 28 марта 2014 года.

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин



logo.png

Генеральному

Прокурору

Российской Федерации

Ю. Я. Чайке

125993, ГСП-3, Россия, Москва

ул. Б. Дмитровка, 15а.

Интернет - приемная:

http://genproc.gov.ru/contacts/ipriem/send/

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 357/344

«24» июня 2014 г.

----------------------------

ЖАЛОБА

на решение начальника управления №72/2-616-2013/Он29111-14

и ответ Министерства здравоохранения РФ

Уважаемый Юрий Яковлевич!

В Межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 №82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

В связи с обращением в нашу организацию граждан и предоставленными законом полномочиями, 10 февраля 2014 года мы обратились к Вам с жалобой, в которой ставился вопрос о недопустимости проведения в стране абортов, да ещё и за счёт всех налогоплательщиков. Также нами ставился вопрос о инициировании Вами законодательной инициативы о запрете на территории РФ абортов.

18 февраля 2014 года в наш адрес из Генеральной прокуратуры РФ был направлен ответ №72/2-616-2013/Нд4048-14 на нашу жалобу, подписанный начальником отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М. В. Зайцевой. Из данного ответа следует, что Генеральной прокуратурой РФ наше обращение рассмотрено не будет, и оно было направлено в соответствии с компетенцией в Министерство здравоохранения Российской Федерации.

17 марта 2014 года в наш адрес направлен ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569, подписанный директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, суть которого сводится к тому, что решение о производстве аборта находится в компетенции беременной женщины и его производство входит в базовую программу обязательного медицинского страхования. По мнению автора ответа, запрет абортов может привести к негативным последствиям.

Не согласившись с указанными выше ответа Минздрава России и Генеральной прокуратуры РФ, мы 28 марта 2014 года вновь обратились с ЖАЛОБОЙ в Генеральную прокуратуру РФ.

07 апреля 2014 года в наш адрес были направлены два письма, подписанных начальником отдела управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ М. В. Зайцевой. Из одного письма (№72/2-616-2013/Нд9415-14) следует, что наше обращение вновь направлено в Минздрав России, а из второго письма (№72/2-616-2013/Он16804-14) следует, что Генеральной прокуратурой наше обращение рассматриваться не будет, поскольку не содержит сведений о нарушении чьих-то прав, а в остальной части оно касается вопросов, отнесённых к компетенции Минздрава России.

15 мая 2014 года из Минздрава России нам направлен ответ, из которого следует, что Минздрав России прекращает с нами переписку.

16 июня 2014 года на нашу жалобу направлен ответ №72/2-616-2013/Он29111-14, подписанный начальником управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Л.И.Коптевой.

С приведёнными выше решениями сотрудников Генеральной прокуратуры РФ и Минздрава России мы согласиться не можем, считаем их незаконными и необоснованными по следующим основаниям.

Л.И.Коптева пришла к ошибочному выводу о том, что в нашем обращении не содержатся сведения о нарушении законов и прав граждан.

Во-первых, финансирование операций по искусственному прерыванию беременности за счёт средств фонда обязательного медицинского страхования означает, что и противники убийства нерождённых детей оплачивают данную процедуру, что, безусловно, нарушает права данной категории граждан Российской Федерации.

Во-вторых, ФЗ РФ от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан» и Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)», вообще не содержат такого понятия, как «АБОРТ». Отсюда следует, что в настоящее время отсутствуют какой-либо нормативный акт, который позволяет осуществлять искусственное прерывание беременности (ст.56 ФЗ №323-ФЗ) в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, поскольку данной программой предусмотрено финансирование АБОРТОВ, а не искусственного прерывания беременности.

Законодательного же закрепления тождественности этих понятий в настоящее время не имеется, что препятствует использовать эти термины как равнозначные.

Отсутствуют в ответе и суждения относительного нашего довода о том, что программой обязательного медицинского страхования предусмотрено лишь финансирование случаев оказания медицинской помощи при заболеваниях и определённых состояниях.

Аборт ни одним нормативным актом не отнесён ни к заболеванию, ни к состоянию(!).

В очередной раз начальник управления, получив нашу жалобу на действия и решения Минздрава России, направляет её для рассмотрения опять же в Минздрав. У нас нет никаких сомнений в том, что высокопоставленный сотрудник Генеральной прокуратуры РФ отлично знает Федеральный закон от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», в соответствии с ч.5 ст.10 которого запрещается пересылка жалобы в орган или должностному лицу, решения либо действия которых обжалуются. Поэтому иначе как умышленным нарушением закона такие действия сотрудника прокуратуры не назовёшь(!).

Учитывая изложенные обстоятельства мы ещё раз настоятельно просим, осуществить возложенную на органы прокуратуры функцию по надзору за соблюдением действующего законодательства.

Мы обращаем Ваше внимание на то, что обжалуемые решения нарушают наши права и являются незаконными, поскольку не являются мотивированными и не содержат доводов, по которым наши аргументы отвергнуты, как несостоятельные.

Для того чтобы наша позиция была более понятной, просим Вас при рассмотрении настоящей жалобы ознакомиться и с текстом жалобы, послужившей основанием для принятия обжалуемых решений.

Принимая во внимание, вышеизложенное и руководствуясь ст.ст.10, 21 ФЗ «О прокуратуре РФ»,

П Р О Ш У:

Признать решение №72/2-616-2013/Он2911-14 начальника управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Главного управления по надзору за исполнением федерального законодательства Генеральной прокуратуры РФ Л.И. Коптевой ответы Минздрава России №15-4/10/3011519-569 и №15-4/10/3023561-1028 подписанные директором Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Е.Н.Байбариной, незаконными и необоснованными, отменить их и принять решение по существу наших предыдущих жалоб.

Прошу дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

  1. Ответ Генеральной прокуратуры РФ №72/2-616-2013/Он29111-14 от 16.06.2014г.;
  2. Ответ Минздрава России №15-4/10/3023561-1028 от 15.05.2014г.;
  3. Ответ Минздрава России №15-4/10/3011519-569 от 17.03.2014г.;
  4. Обращение МОД «МРС» 317/300 от 28 марта 2014 года.

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин



17-1.JPG

__300.1...jpg

__300.2...jpg

__317-3001...jpg

__317-3002...jpg

__317-3004....jpg

__344-3171...jpg

__357-3442..16.06.14..jpg

__357-3443..17.07.14..-0001.jpg

__357-3443..17.07.14..-0002.jpg

__357-3443..17.07.14..-0003.jpg

__357-3443..17.07.14..-0004.jpg

__357-3443..17.07.14..-0005.jpg

__357-3444..17.07.14..jpg


ЛОГО ВРС 2014.jpg

Депутату

Государственной Думы

Федерального Собрания

Российской Федерации,

члену Комитета

по охране здоровья

Петрову А. П.

103256 г. Москва,

ул. Охотный Ряд, д.1

E-mail: apetrov@duma.gov.ru

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 370

«08» сентября 2014 г.

--------------------------------------------

Уважаемый Александр Петрович!

В межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что имея внутреннее убеждение в том, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

Позиция родительской общественности основывается на следующем.

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной статьей 56 «Искусственное прерывание беременности» Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан», проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия. Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании добровольного информированного согласия женщины.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, неблагоприятно сказывающимися на состоянии здоровья человека.

Операция искусственного прерывания беременности является вмешательством, ранние или поздние осложнения которого могут негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при операции по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России № 335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932.

Раздел III Программы назван: «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих заболеваниях и состояниях:… беременность, роды, послеродовой период и аборты».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при заболеваниях и состояниях, к коим аборт не относится.

Ещё одним важным моментом является то, что ФЗ РФ от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан» и Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)», вообще не содержат такого понятия, как «АБОРТ». Отсюда следует, что в настоящее время отсутствует какой-либо нормативный акт, который позволяет осуществлять искусственное прерывание беременности (ст.56 ФЗ №323-ФЗ) в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, поскольку данной программой предусмотрено финансирование АБОРТОВ, а не искусственного прерывания беременности.

Законодательного же закрепления тождественности этих понятий в настоящее время не имеется, что препятствует использовать эти термины как равнозначные.

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Указанным нормативным актом определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением (п.п.7, 116 Порядка). Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта (совокупность манипуляций), в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит, современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более, происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм. Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Статья 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Статья 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье статьей 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в статье 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в статье 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

Из вышесказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом.

В настоящее время момент рождения ребенка определен статьей 53 ФЗ N-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 27.09.2013г.) констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к срокам беременности.

Даже медицинские критерии рождения, определенные Приказом Минздрава России №1687н (в ред. от 16.01.2013г.), который определяют лишь сроки выживания ребенка. Но, ни законодатель, ни медицинский ученый не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери как до 22 недель беременности, так и после. Более того Приказом №1687н четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры. Именно обо всех этих признаках и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период. Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…»(ФЗ-323 ст.53), начинается второй этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути, означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит социальным норма и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности, подтвержденной данными современных медицинских исследований.

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14 день после зачатия. Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной эмбриологии. В частности, по мнению доктора биологических наук В.А. Голиченкова: «Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал» (Голиченков В.А. Эмбриология. 2004.)

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто, исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет, о возможности безнаказанно лишить жизни больного, находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н (в ред. 16.01.2013г), и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося ребенка от матери, непосредственно связано с отношением государства своему гражданину и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве, защите ее чести и достоинства.

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины. Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность. Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития. Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены. В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека, что уголовным правом квалифицируется, как убийство.

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние.

На протяжении нескольких лет мы пытаемся донести свою позицию до государственных мужей и различных государственных структур, которые каким-то образом при наличии политической воли могли бы изменить ситуацию и прекратить уничтожение будущих граждан России.

В 2013-2014 годах мы обращались в адрес Генерального прокурора РФ и просили его внести в Правительство Российской Федерации представление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932) ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию (Разделе III. «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно»). В ответ на наше обращение было сообщено, что Генеральная прокуратура РФ не наделена правом законодательной инициативы.

На наши письма Минздрав РФ отвечал, что исключение абортов из госпрограммы приведет к росту криминальных абортов, ничем не подкрепляя свой довод, не приводя никакой аргументации. По данным открытых источников СМИ и имеющимся у нас, ситуация в обществе и особенно молодежной среде прямо противоположная.

Самарская Губернская Дума в 2013 году вносила в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проект федерального закона о внесении в пункт 19 части 6 статьи 35 ФЗ от 29 ноября 2010 года №326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", в соответствии с которыми предлагалось за счёт средств страхования финансировать аборты исключительно по медицинским показаниям.

В своём заключении на указанный законопроект, Правительство РФ высказало отрицательную его оценку, указав, что ограничение бесплатного оказания медицинской помощи по искусственному прерыванию беременности может привести к крайне негативным последствиям - росту числа абортов, производимых вне медицинских организаций, что угрожает жизни и здоровью женщин, а также увеличению количества детей, оставшихся без попечения родителей и находящихся на социальном обеспечении государства.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что мотивировка Правительства РФ фактически дословно повторяет мотивировку Минздрава России, которая приводилась в ответ на наши обращения. Отсюда очевиден вывод – Минздрав России, являясь проводником исполнителем и покровителем идеи законного умерщвления нерождённых детей, активно лоббирует и в Правительстве РФ, и в Государственной Думе РФ сохранение сложившейся ситуации.

Александр Петрович, обращаемся к Вам, как члену субъекта, обладающим правом законодательной инициативы с просьбой принять активное участие в разработке и принятии нормативной базы, которая позволила бы прекратить аборты за счет средств налогоплательщиков.

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин




ЛОГО ВРС 2014.jpg

Секретарю

Общественной палаты

Российской Федерации

Бречалову А. В.

125993, Россия, Москва, ГСП-3,

пл. Миусская, д. 7, стр. 1.

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

Исх. № 378

«08» октября 2014 г.

---------------------------------------------------------

Уважаемый Александр Владимирович!

В межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что, несмотря на имеющиеся внутренние убеждения, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством, производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

В силу статьи 27 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», для осуществления уставных целей общественное объединение, имеет право: представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях; осуществлять в полном объеме полномочия, предусмотренные законами об общественных объединениях.

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

Позиция родительской общественности основывается на следующем.

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной статьей 56 «Искусственное прерывание беременности» Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан», проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия. Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Искусственное прерывание беременности в зависимости от срока беременности, показаний и противопоказаний может быть проведено с использованием медикаментозного или хирургического метода на основании добровольного информированного согласия женщины.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, неблагоприятно сказывающимися на состоянии здоровья человека.

Операция искусственного прерывания беременности является вмешательством, ранние или поздние осложнения которого могут негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при операции по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России № 335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932.

Раздел III Программы назван: «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих заболеваниях и состояниях: беременность, роды, послеродовой период и аборты».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при заболеваниях и состояниях, к коим аборт не относится.

Ещё одним важным моментом является то, что ФЗ РФ от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах здоровья граждан» и Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)», вообще не содержат такого понятия, как «АБОРТ». Отсюда следует, что в настоящее время отсутствует какой-либо нормативный акт, который позволяет осуществлять искусственное прерывание беременности (ст.56 ФЗ №323-ФЗ) в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, поскольку данной программой предусмотрено финансирование АБОРТОВ, а не искусственного прерывания беременности.

Законодательного же закрепления тождественности этих понятий в настоящее время не имеется, что препятствует использовать эти термины как равнозначные.

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медицинской помощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 ноября 2012 года №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)».

Указанным нормативным актом определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением (п.п.7, 116 Порядка). Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта (совокупность манипуляций), в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит, современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более, происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм. Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Статья 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. Вступила в силу для СССР 15 сентября 1990 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Статья 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье статьей 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в статье 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в статье 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

Из вышесказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом.

В настоящее время момент рождения ребенка определен статьей 53 ФЗ N-323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 27.09.2013г.) констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к срокам беременности.

Даже медицинские критерии рождения, определенные Приказом Минздрава России №1687н (в ред. от 16.01.2013г.), который определяют лишь сроки выживания ребенка. Но, ни законодатель, ни медицинский ученый не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери как до 22 недель беременности, так и после. Более того Приказом №1687н четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры. Именно обо всех этих признаках и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период. Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…» (ФЗ-323 ст.53), начинается второй этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути, означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит социальным норма и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности, подтвержденной данными современных медицинских исследований.

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14 день после зачатия. Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной эмбриологии. В частности, по мнению доктора биологических наук В.А. Голиченкова: «Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал» (Голиченков В.А. Эмбриология. 2004.)

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто, исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет, о возможности безнаказанно лишить жизни больного, находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н (в ред. 16.01.2013г), и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося ребенка от матери, непосредственно связано с отношением государства своему гражданину и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве, защите ее чести и достоинства.

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины. Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность. Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития. Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены. В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека, что уголовным правом квалифицируется, как убийство.

В октябре 2011 года Суд Европейского союза признал, что человеческая жизнь начинается с момента зачатия, определив, что оплодотворенную человеческую яйцеклетку уже надо считать человеком, и запретил любые евгенические эксперименты и манипуляции с эмбриональными стволовыми клетками человека.

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние.

На протяжении нескольких лет мы пытаемся донести свою позицию до государственных мужей и различных государственных структур, которые каким-то образом при наличии политической воли могли бы изменить ситуацию и прекратить уничтожение будущих граждан России.

В 2013-2014 годах мы обращались в адрес Генерального прокурора РФ и просили его внести в Правительство Российской Федерации представление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) (утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932) ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию (Разделе III. «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно»). В ответ на наше обращение было сообщено, что Генеральная прокуратура РФ не наделена правом законодательной инициативы.

На наши письма Минздрав РФ отвечал, что исключение абортов из госпрограммы приведет к росту криминальных абортов, ничем не подкрепляя свой довод, не приводя никакой аргументации.

По данным открытых источников СМИ и имеющимся у нас, ситуация в обществе и особенно молодежной среде прямо противоположная.

Немного статистики. Только за 2012 год, только в Новосибирской обл., только за счет налогоплательщиков произведено 18 737 абортов, на сумму 69 000 000 руб. За 10 лет афганской войны убито менее 15 000 солдат.

Понимая чрезвычайную важность сложившейся ситуации, от жителей Новосибирской области была выдвинута инициатива об ограничении государственного финансирования абортов.

Её письменно поддержали:

– управляющий Новосибирской Митрополией РПЦ МП Митрополит Тихон,

– Имам-Хатыб местной Мусульманской Религиозной организации Новосибирской области Духовного Управления Мусульман Сибири (Омский муфтият) С.Н.Шакирзянов,

– Епископ Церквей ЕХБ Софеев А.В.,- который представляет объединение церквей евангельских христиан-баптистов Кемеровской, Новосибирской и Томской областей.

Так же инициативу поддержали – белорусская, грузинская, греческая общины области и целый ряд общественных, политических и патриотических организаций. Так же за сравнительно небольшой срок были собраны несколько тысяч подписей, что свидетельствует о поддержке инициативы подавляющим большинством жителей области.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Самарская Губернская Дума в 2013 году вносила в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проект федерального закона о внесении в пункт 19 части 6 статьи 35 ФЗ от 29 ноября 2010 года №326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", в соответствии с которыми предлагалось за счёт средств страхования финансировать аборты исключительно по медицинским показаниям.

В своём заключении на указанный законопроект, Правительство РФ высказало отрицательную его оценку, указав, что ограничение бесплатного оказания медицинской помощи по искусственному прерыванию беременности может привести к крайне негативным последствиям - росту числа абортов, производимых вне медицинских организаций, что угрожает жизни и здоровью женщин, а также увеличению количества детей, оставшихся без попечения родителей и находящихся на социальном обеспечении государства. Это заявление абсолютно беспочвенно.

Во-первых, с 1989 в Чили был принят закон, полностью запрещающий терапевтические аборты. При этом в различные периоды до 1989 г. аборты оставались одной из ведущих причин материнской смертности. После введения запрета (период 2003-2007 г., аборт стал причиной 6,2% материнских смертей, что является снижением доли почти в пять раз по сравнению с 29,2% в 1985-1989 гг.). В данном случае речь идет об опубликованной в 2012 г. работе доктора Elard Koch и группы иных специалистов из университетов Чили и США и озаглавленной «Уровень образования женщин, учреждения по охране материнского здоровья, законодательство об абортах и материнская смертность: естественный эксперимент в Чили с 1957 по 2007». Работа опубликована в журнале PLOS One онлайн и свободно доступна специалистам. Пример Чили крайне интересен, поскольку позволяет проверить упомянутый «профессиональный» аргумент на основании эмпирических данных. Подробная и тщательная статистика материнской смертности велась в Чили на протяжении всего рассматриваемого периода времени. Достоверность этой статистики, признается на официальном уровне ООН, и нет реальных оснований сомневаться в ней – при каждом случае материнской смерти проводится тщательное медицинское расследование для установления ее причины, включающее опрос родственников покойной. Исследование доктора Эларда Коха и его коллег уникально тем, что опирается на данные национального масштаба в конкретной стране за продолжительный период, учитывает статистическое влияние самых различных факторов на динамику коэффициента материнской смертности. При этом необходимо отметить, что имеющиеся данные позволяют утверждать – даже полный запрет абортов в Чили не привел к росту числа незаконных абортов. Напротив, снижение числа аборт-ассоциированных госпитализаций указывает на то, что после запрета абортов число незаконных абортов постепенно снижалось. Важный вывод, который оно позволяет сделать – это уверенный вывод о недостоверности аргумента в пользу свободы абортов, основанного на предположении о том, что запрет абортов как таковой приводит к росту материнской смертности. Чилийские данные дают все основания однозначно говорить о том, что запрет финансирования абортов не оказывает никакого негативного влияния на ситуацию с материнской смертностью.

Во-вторых, врачи из Всеиндийского института медицинских наук Ансари Нагар, Нью-Дели, Индия, опубликовали отчет в Индийском журнале онкологии (http://www.indianjcancer.com/article.asp?issn=0019-509X;year=2013;volume=50;issue=4;spage=316;epage=321;aulast=Bhadoria), подтверждают, что «Совершенно точно установлено, что аборт положительно связан с риском рака молочной железы, который возрастает в 6,26 раз среди женщин, имеющих в анамнезе аборты».

В-третьих, показатели смертности у женщин, сделавших аборт на ранних сроках почти в два раза выше, а у тех, кто сделал аборт на поздних сроках – в четыре раза выше, чем у родивших. Эти результаты подтверждаются данными масштабных статистических исследований, проводившихся в Финляндии и США, и противоречат широко распространённому мнению, что аборт безопаснее родов. Reardon D., Coleman P. Short and long term mortality rates associated with first pregnancy outcome: Population register based study for Denmark 1980–2004 (Зависимость краткосрочных и долгосрочных показателей смертности от исхода первой беременности. Статистическое исследование на материале данных датской системы учёта населения за 1980-2004 гг.).

В-четвертых, в Польше, 7 января 1993 года вступил в силу «Статут о защите жизни». После принятия, количество смертей, связанных с беременностью, послеродовым периодом и самими родами, снизилось в 3 раза. Подпольные аборты пытаются представить широко распространенным явлением, в Польше этим занимается отделение Международной Федерации Планирования Семьи (International Planned Parenthood Federation). Подобные утверждения не имеют под собой никаких убедительных оснований и делаются с целью дезинформации общества для возбуждения недоверия к антиабортному законодательству, его эффективности и целям, которым это законодательство служит.

В-пятых, более миллиона жителей Европы в рамках акции "Один из нас" подписались под требованием прекратить финансирование абортов. Наибольшее число голосов в рамках акции "Один из нас" было собрано в Италии и Польше, а всего сбор подписей проводился в 28 государствах Европы. Несмотря на то, что миллионный барьер подписей преодолен, их сбор продолжается.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что мотивировка Правительства РФ фактически дословно повторяет мотивировку Минздрава России, которая приводилась в ответ на наши обращения. Отсюда очевиден вывод – Минздрав России, являясь проводником исполнителем и покровителем идеи законного умерщвления нерождённых детей, активно лоббирует и в Правительстве РФ, и в Государственной Думе РФ сохранение сложившейся ситуации.

С учетом всего изложенного, а так же демографической ситуации в стране, необходимость правового изменение в данном направлении стала актуальной и очевидной.

Александр Владимирович, обращаемся к Вам, как секретарю Общественной палаты РФ с просьбой принять активное участие в разработке и принятии нормативной базы, которая позволила бы прекратить аборты за счет средств налогоплательщиков.

Со своей стороны готовы принять активное участие в этой работе в различных форматах.

Председатель

Центрального Совета

Межрегионального общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Межрегиональное родительское собрание»

ПодписьГ.jpg

Г. С. Авдюшин




 

avatar МРС.jpg     

 

 

Соборные слушания по запрету абортов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Россия, Москва,

Зал церковных Соборов

Храма Христа Спасителя

Адрес: 620144, г. Екатеринбург,

ул. Куйбышева 55, оф. 404,

Телефон/факс: 8-343-379-44-65,

Е-mail: oodvrs@oodvrs.ru

ОКПО 88683389

ОГРН 1086600003379

ИНН 6671268416 / КПП 667101001

 

Исх. № 390

 «13» ноября 2014 г.

 









«Исключение абортов из Программы госгарантий»

 

Уважаемые участники Соборных слушаний!

 

В межрегиональное общественное движение в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание» поступают обращения граждан, которые озабочены тем, что, несмотря на имеющиеся внутренние убеждения, что искусственное прерывание беременности (аборт) при отсутствии медицинских показателей является умышленным лишением жизни человека, вынуждены косвенным образом участвовать в совершении подобных деяний. Это участие выражается в оплате подобных действий, поскольку в соответствии с действующим законодательством, производство абортов осуществляется бесплатно в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, то есть за счёт средств и взносов плательщиков в фонд обязательного медицинского страхования.

Родительская общественность не может согласиться и признать нормальной сложившуюся ситуацию в действующем законодательстве, относительно прерывания беременности, и считает, что она подлежит корректировке и уточнению, а производство абортов за счёт средств налогоплательщиков – полному запрету, за исключением случаев, когда по медицинским показаниям существует угроза жизни матери.

Позиция родительской общественности основывается на следующем.

Искусственное прерывание беременности является медицинской услугой, регламентированной ст. 56 «Искусственное прерывание беременности» ФЗ – №323 «Об основах здоровья граждан» и проводится по желанию женщины, по медицинским или социальным показаниям при наличии информированного добровольного согласия. Порядок оказания медпомощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Минздрава РФ №572н.

Как любая медицинская манипуляция, аборт может сопровождаться побочными явлениями и осложнениями, неблагоприятно сказывающимися на состоянии здоровья человека.

 

Операция искусственного прерывания беременности является вмешательством, ранние или поздние осложнения которого могут негативно повлиять на дальнейшие репродуктивные способности женщины.

Приведённые выше положения сформулированы главным специалистом по акушерству и гинекологии Минздрава России, академиком РАМН, д.м.н., профессором Л. В. Адамян.

 

В рекомендуемой форме бланка информированного добровольного согласия имеется указание о том, что медицинская помощь при операции по искусственному прерыванию беременности (включая обезболивание) входит в Программу государственных гарантий, оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, и, предоставляется в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения бесплатно (Приложение к Приказу Минздравсоцразвития России № 335).

Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 год и на плановый период 2015 и 2016 годов (далее Программа) утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2013 г. № 932.

Раздел III Программы назван: «Перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, и категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно». В этом разделе указывается: «Гражданам медицинская помощь оказывается бесплатно при следующих заболеваниях и состояниях: беременность, роды, послеродовой период и аборты».

Таким образом, совершенно необоснованно и ничем неоправданно аборты отнесены к заболеванию или состоянию, хотя вполне очевидно, что АБОРТЫ(!) не являются ни тем, ни другим, а являются совокупностью медицинских манипуляций (медицинской услугой).

Анализ приведённых выше норм позволяет сделать однозначный вывод – финансирование абортов, как медицинских услуг, за счёт средств Фонда обязательного медицинского страхования, незаконно, поскольку из этого источника может финансироваться только помощь при заболеваниях и состояниях, к коим аборт не относится.

Ещё одним важным моментом является то, что ФЗ №323 «Об основах здоровья граждан» и Приказ Минздрава РФ №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», вообще не содержат такого понятия, как «АБОРТ».

Отсюда следует, что в настоящее время отсутствует какой-либо нормативный акт, который позволяет осуществлять искусственное прерывание беременности (ст.56 ФЗ №323-ФЗ) в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, поскольку данной программой предусмотрено финансирование АБОРТОВ, а не искусственного прерывания беременности.

Законодательного же закрепления тождественности этих понятий в настоящее время не имеется, что препятствует использовать эти термины как равнозначные.

 

Важным считаем обратить внимание и на следующие обстоятельства.

Порядок оказания медпомощи женщинам при искусственном прерывании беременности регламентирован приказом Минздрав РФ №572н. В нем определено, что прерывание беременности при сроке 22 недели, является родоразрешением.

Также этот термин употребляется и для описания процессов, в результате которых на свет появляется живой ребёнок. Таким образом, родоразрешением является медицинская манипуляция на стадии окончания родового акта, в результате которой из женского организма извлекается уже сформировавшийся ребёнок.

Значит, современной медициной признаётся, что прерывание беременности на сроках от 22 недель и более происходит искусственное прекращение жизни новорождённого (или в утробе матери) человека.

Тогда возникает вопрос, когда наступает момент превращения эмбриона в жизнеспособный человеческий организм. Получается, что в 21 неделю и 6 дней ещё эмбрион, а в 22 недели уже сформировавшийся человек.(!!!)

Международное гражданское и семейное право определяет момент, с которого начинается защита правом и законом самого ребенка, как субъекта права.

Декларация о правах ребенка (Резолюция 1386 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.) в преамбуле говорит, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения».

Ст. 1 Конвенция о правах ребенка (Принята Резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г.) определила, что ребенком является каждое человеческое существо до достижения им 18-летнего возраста.

Ребенок находящийся во чреве матери, охраняемый данными международными актами, получает дальнейшую защиту, как международного, так и российского законодательства.

Ст. 6 Конвенции, указанной выше, признает, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь, и обеспечивает в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка.

Нерожденному ребенку гарантируется защита права на жизнь и здоровье ст. 6 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., запрещающей приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин, и Резолюцией Генеральной Ассамблеи «Изучение вопроса о смертной казни» от 20 ноября 1959 г. То же самое закреплено в ст. 6 Дополнительного протокола № 1 1977 г. к Женевским конвенциям о защите жертв вооруженных конфликтов 1949 г.

Российское законодательство согласуется с правовой позицией, отраженной в ст. 10, указанного выше Пакта, гарантирующей особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов.

 

Из вышесказанного следует, Российский закон, не признавая право на жизнь нерожденного ребенка, тем не менее, охраняет его право на жизнь, охраняя беременность, роды человека и его последующую жизнь, и здоровье до срока, отведенного Богом.

В настоящее время момент рождения ребенка определен ст. 53 ФЗ N-323 констатирующей, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

И нигде нет жесткой привязки рождения ребенка к срокам беременности(!!!).

Даже медицинские критерии рождения, определенны Приказом Минздрава РФ №1687н, который определяют лишь сроки выживания ребенка.

Но, ни законодатель, ни медицинский ученый не ставят под сомнение существование и развитие живого ребенка в утробе матери как до 22 недель беременности, так и после.

Более того Приказом №1687н  четко определены основные признаки живого ребенка – это и наличие дыхания, сердцебиения, пульсации пуповины или произвольные движения мускулатуры. Именно обо всех этих признаках и сообщает врач женщине на обследовании УЗИ на первом триместре протекании беременности.

Период развития ребенка внутри утробы матери и есть первый этап его биологической жизни как человека, который и можно назвать как эмбриональный период. Пребывая в этом состоянии в материнской утробе, он телесно самостоятелен, так как не является уже частью матери и способен к саморазвитию: ведь происходящие в нем жизненные процессы выступают в качестве отдельного организма и его развития. Тело матери представляется только идеальной средой обитания и развития маленького человечка, обеспечивающей его питанием, охраной, которая и находиться под защитой закона. С живорождением, т. е. моментом «…отделения плода от организма матери посредством родов…» (ФЗ-323 ст.53), начинается второй этап биологического развития состояния человека, а точнее, этап пребывания его организма в социальной среде.

Все указанные выше подходы по отношению к вопросу о жизни ребенка до и после отделения от утробы матери, по сути означают, что фактически закон начинает охранять жизнь ребенка правовыми средствами только с момента начала родов, что противоречит социальным нормам и потребностям защиты детской жизни, как важнейшей базовой социальной ценности, подтвержденной данными современных медицинских исследований.

Так, на сессии Совета Европы по биоэтике ученые утверждали, что ребенок в утробе матери является человеком уже на 14 день после зачатия.

Такая же позиция подтверждается точкой зрения современной эмбриологии. «Жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал».

В настоящее время вопрос о правовом положении человека в утробе матери и его праве на жизнь следует сравнивать по аналогии с жизнью человека находящееся в коме. Но, не затрагивая все правовые аспекты, а просто исходя из здравого смысла, никому и в голову не придет безнаказанно лишить жизни больного, находящегося в беспомощном состоянии. Хотя этот больной и проявляет все те признаки живорождения, о которых говориться в Приказе Минздрава РФ №1687н, и по критериям которого определяется появление ребенка на свет и начала социальной жизни человека со всеми правами и защитой закона.

Вопрос о статусе ребенка в утробе матери, как правовом, так и в более широком его значении, уходит своими корнями в нравственно-мировоззренческие позиции личности, свидетельствующей о характере ценностей человека.

Решение вопроса о правовом статусе существующего, но еще не отделившегося от утробы матери ребенка, непосредственно связано с отношением государства к своему гражданину и степени его заботы о защите каждой жизни в государстве, защите ее чести и достоинства.

 

В соответствии с международными документами и российскими нормативно-правовыми актами, сегодня существует необходимость закрепления в действующем российском законодательстве особой охраны жизни ребенка в утробе матери (фактически человека) с момента констатации специалистом состояния беременности у женщины.

Как было показано выше, этот вопрос является не столько медицинским, сколько правовым и общественно значимым для России, как многонационального государства с вековыми семейными традициями.

Наука констатирует – эмбрион (фактически не родившийся, но уже человек) представляет собой абсолютную ценность. Он обладает правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития. Эта позиция находит свое выражение в целом ряде международных документов, провозглашающих святость человеческой жизни с момента зачатия, о которых мы упоминали ранее.

Законодательством многих стран мира аборты запрещены. В 119 странах прерывание беременности допускается только при угрозе для жизни или здоровья матери. И только в 70 странах разрешено женщине самостоятельно сделать выбор и решить, будет ли она дарить жизнь новому человеку или нет. К сожалению, к таким странам относится и Россия.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь, косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Несмотря на международно-правовые требования соблюдения принципа приоритета прав ребенка, законодательство Российской Федерации проводит его крайне непоследовательно.

Непризнание российским правом такой базовой социальной ценности, как «нерожденная» жизнь, в качестве самостоятельного объекта правовой охраны и отсутствие ее правовой защиты (охраняется только жизнь и здоровье беременной женщины) способствуют ухудшению правовой ситуации в рассматриваемом вопросе, порождая неопределенный правовой статус эмбриона, находящегося в организме беременной женщины, как еще нерожденного человека.

Сегодня для эффективной правовой защиты права ребенка на жизнь до рождения, необходимо, прежде всего, внести изменения в нормы российского законодательства:

– четко определить момент начала человеческой жизни;

– законодательно признать нерожденную жизнь самостоятельным объектом правовой защиты.

В настоящее время наука не может определить день и час перехода от состояния эмбриона к полностью сформировавшемуся маленькому человеку, – это просто невозможно(!), поэтому необходимо уже с момента оплодотворения относится к зародышу, как к человеку.

Такой подход позволяет однозначно сказать, что искусственное прерывание беременности на любом сроке беременности, фактически является искусственным прерыванием жизни человека, что уголовным правом квалифицируется, как убийство.

В октябре 2011 года Суд Европейского союза признал, что человеческая жизнь начинается с момента зачатия, определив, что оплодотворенную человеческую яйцеклетку уже надо считать человеком, и запретил любые евгенические эксперименты и манипуляции с эмбриональными стволовыми клетками человека.

Поэтому любой случай искусственного прерывания беременности при отсутствии медицинских показаний не только не может оплачиваться государством, но должен быть запрещён, как уголовно-наказуемое деяние.

На протяжении нескольких лет мы пытаемся донести свою позицию до государственных мужей и различных государственных структур, которые каким-то образом при наличии политической воли могли бы изменить ситуацию и прекратить уничтожение будущих граждан России.

В 2013-2014 годах мы обращались в адрес Генерального прокурора РФ и просили его внести в Правительство России представление об исключении из Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2014 -16 гг. ссылку, относящую аборты к заболеванию или состоянию. В ответ на наше обращение было сообщено, что Генеральная прокуратура РФ не наделена правом законодательной инициативы.

 

Для статистики только за 2012 год, только в Новосибирской обл., только за счет налогоплательщиков произведено 18 737 абортов, за 10 лет афганской войны убито менее 15 000 солдат. Из госбюджета затрачено на эти аборты 69 000 000 руб., умножаем на 85 регионов, получаем 6 млрд. рублей в год расходы по всей России.

Народные избранники во многих регионах России, Русская Православная Церковь косвенно защищая право нерожденного ребенка, предлагают вывести аборты из системы медицинского страхования. Иными словами, не выделять бюджетные средства на операции по прерыванию беременности, за исключением тех случаев, которые определены законом.

Самарская Губернская Дума в 2013 году вносила в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проект федерального закона о внесении в пункт 19 части 6 статьи 35 ФЗ от 29 ноября 2010 года №326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", в соответствии с которыми предлагалось за счёт средств страхования финансировать аборты исключительно по медицинским показаниям.

Поразителен такой факт.

17 марта 2014 года в адрес нашего Движения был направил ответ из Минздрава РФ на наше письмо, в котором, по сути, чиновник Минздрава выразил свое частное мнение, т.к. привел тезисы, не подтвержденные никакими аргументами, выкладками, ссылками, обоснованиями и т.д.

А 10 апреля 2014 года появляется заключение Правительства России на указанный законопроект Самарской Думы, в котором высказана отрицательная на него оценка, и приводятся почти дословно те же самые ничем не подтвержденные тезисы. Отсюда очевиден вывод – Минздрав России являясь проводником, исполнителем и покровителем идеи законного умерщвления нерождённых детей, активно лоббирует и в Правительстве РФ, и в Государственной Думе РФ сохранение сложившейся ситуации.

Суть этих бездоказательных тезисов Минздрава России за сохранение абортов сводится к следующим формулировкам:

 

  1. ограничение финансового обеспечения абортов не гарантирует повышения ответственности женщины по предупреждению незапланированной беременности  данный тезис не состоятелен, так как кроме декларации он ничем не подтвержден, никакими фактами и научными исследованиями. Открытые источники и исследования наоборот говорят об обратном – о растущей ответственности женщины по предупреждению незапланированной беременности и ограничение финансирования абортов будет дополнительным стимулом.

 

  1. запрет финансирования абортов из средств ФОМС приведет к росту числа абортов вне медорганизаций, что также не обосновано. На сегодня нет данных (да их и не может быть) подтверждающих, что стоимость аборта в вне медорганизаций будет ниже, чем в медорганизациях как государственных, так и частных, и все желающие делать аборты подешевле пойдут в подворотни. (Конечно же, мы допускаем, что у Минздрава РФ может быть прейскурант цен этих организаций, на основании, которого они этот тезис приводят). Здравый смысл говорит, что уже сегодня те,  кто не желает делать бесплатные аборты идет не в «подворотни», а идет именно в лицензируемые медорганизации. И нет оснований предполагать, что запрет финансирования абортов за счет средств ФОМС приведет  к росту числа абортов вне медорганизаций. К тому же мировой опыт подтверждает, что запрет абортов не ведет к росту их числа производимых вне медорганизаций (страны Польша, Чили и др.).

 

  1. тезис о росте количества  случаев детоубийства при запрете финансирования абортов также является предположением, не подтвержденным фактическими данными или исследованиями. Статистические данные в странах запретивших аборты не подтверждает данный довод, и свидетельствуют об обратном.

 

  1. тезис об увеличении количества случаев отказа от детей в результате запрета финансирования абортов, также не состоятелен. При имеющейся статистике об уменьшении количества абортов с 1 125 000 в 2011году до 880 000 в 2013 году, наблюдается и уменьшение количества отказников. Поэтому уменьшение числа абортов в результате запрета их финансирования, не приведет к увеличению количества случаев отказа от детей. Поэтому неверен и довод о том, что запрет финансирования абортов может привести к увеличению расходов на социальное обеспечение детей. В настоящее время государство и без запрета абортов постоянно увеличивает меры социальной поддержки детей-сирот, семей имеющих детей. В результате этих усилий государства по всем регионам наблюдается резкое уменьшение количества детей оставшихся без попечения родителей, а в некоторых регионах, частности в республиках Северного Кавказа, при уменьшении числа абортов почти до нуля, также до нуля уменьшилось и количество отказников.

 

  1. Утверждение, что запрет финансирования абортов приведет к повышению материнской смертности, также бездоказательно. Мировой опыт свидетельствует прямо об обратном, о сокращении в разы(!) материнской смертности после введения запрета абортов. Например,  в Чили материнская смертность после введения запрета абортов снизилась почти в 5 раз, в Польше в 2 раза.

 

С учетом всего изложенного, а так же демографической ситуации в стране, необходимость правового изменение в данном направлении стала актуальной и очевидной.

 

Уважаемые участники Соборных слушаний, обращаемся к Вам от имени сознающей важность данного вопроса родительской общественности России с просьбой принять активное участие в разработке и принятии нормативной базы, которая позволила бы прекратить аборты за счет средств налогоплательщиков.

Со своей стороны готовы принять активное участие в этой работе в различных форматах.

 

 

Председатель           

Центрального Совета

Общероссийского общественного движения

в защиту прав родителей и детей

«Всероссийское родительское собрание»

 

 

ПодписьГ.jpg

 

 

 

 

Г. С. Авдюшин

 



Возврат к списку


Рейтинг@Mail.ru
#WORK_AREA#