Я ВЫШЕЛ… ИЗ ЖИЗНИ

Я ВЫШЕЛ… ИЗ ЖИЗНИ 02.12.2013

Я ВЫШЕЛ… ИЗ ЖИЗНИ

– Стас! Стас, ты меня слышишь?

– …да, мам….

– Сколько можно?! Уже половина третьего ночи! Тебе завтра в институт!

– Сейчас…

Оксана, тяжело вздохнув, вышла из комнаты. Уже как четвертый год ее восемнадцатилетний сын словно ушел от реальности. Стаса не интересовало ничего: футбол он забросил, ЕГЭ завалил, в физтех не поступил – пришлось довольствоваться одним из расплодившихся, как грибы после дождя, платным институтом, который занимал треть школы и располагался недалеко от их дома.

Она зашла в спальню, посмотрела на безмятежно спящего мужа и открыла окно. В лицо ей подул резкий холодный ветер и ударили крупные капли дождя. Что делать? Как вырвать сына из нереального мира?

Стаса не интересовало ничего. Даже Настя, с которой он дружил еще с девятого класса, к ним давно уже не заходит, потому что со Стасом невозможно разговаривать: уткнулся в монитор, и всё – будто бы его нет. Общается только с компьютером: без конца играет в какие-то игры, подрабатывает, создавая непонятно что – то ли сайты, то ли страницы, пишет что-то в форумах и соцсетях…

Что же делать?

– Оксана, закрой окно, – прошептал муж. – Почему ты не спишь?

– Стасик так и не ложится, представляешь? У него сессия скоро, завтра снова первую пару проспит.

Оксана обернулась и посмотрела на мужа, но он уже опять спал, укрывшись с головой.

Тогда она встала и снова пошла в комнату сына. Зайдя к нему, она подошла к окну и открыла его. Занавески всколыхнулись от ветра.

– Мам, ну ты чего? Закрой окно, холодно! – недовольно пробурчал сын.

– Иди к отцу. Он зовет тебя, – твердо сказала Оксана, глядя в пол.

Стас тихо зарычал, что-то нажал на клавиатуре и встал.

– Захвати с собой чашку.

Сын посмотрел на нее взглядом, полным непонимания.

– Да-да. Отнеси чашку на место. Поставь в раковину. А я пока соберу белье для стирки…

– Какое белье, мам? Ты же всё постирала сегодня вечером!

– А вот полотенце. Ты им уже неделю пользуешься!

– Так ты мне его вчера дала!

– Вот и захвати его! Отнеси в ванную, повесь на крючок: вещи должны находиться на своих местах.

– Мам, да что случилось-то? – спросил Стас, потирая глаза кулаками.

– Иди к отцу, узнаешь!

Стас накинул полотенце на плечо, взял чашку и вышел из комнаты, покачав головой.

Оксана кинулась к компьютеру. Она вынула свой телефон и быстро записала вымышленное заковыристое имя сына «ВКонтакте», никнейм в каком-то форуме и Скайпе.

Засунув телефон в карман джинсов, она вышла из комнаты Стаса и столкнулась с ним в коридоре.

– Мам, я не понял. Отец спит.

– Значит, уснул, пока ждал тебя.

– Да что случилось-то?

– Завтра узнаешь. А сейчас немедленно ложись спать!

– Достали, – прошипел Стас, оправляясь в свою комнату.

– И тебе тоже спокойной ночи, – сказала Оксана.

Войдя в спальню, она открыла свой ноутбук, вышла со своей страницы «ВКонтакте» и создала новую. Долго не раздумывая насчет фотографии, зашла на какой-то немецкий сайт знакомств и взяла оттуда несколько фото симпатичной, но не вульгарной девушки лет двадцати.

Оксана заполнила свой профиль и зашла на страницу сына.

– Привет!

Она просматривала страницу сына и ждала ответа минут пять. Стас не отвечал. На всякий случай она вышла из комнаты и посмотрела под дверь, ведущую в комнату сына. Из-под нее мерцал голубоватый свет.

Она вернулась, взяла ноутбук и устроилась в кресле, уютно поджав под себя ноги.

– Эй! Привет, как дела? Чем занимаешься?

Сын так и не ответил, но она заметила, что он добавил ее в друзья. Ого! У него 1328 друзей… И когда он успевает со всеми дружить?

Оксана зашла на один из форумов, где общался Стас, и поискала его ник в списке пользователей.

Интересно, что он там пишет? Оксана прищурилась:

trooper33: Есть проблема: не могу подогнать изображение под ячейку! Делаю в dreamweaver cc. предпросмотр – показывает полосы, в верхнем изображении тоже, просто там фон общий и не так заметно. Скрин, который я прилепил, это хром, та же ерунда в опере. И разумеется, всё проверяется на тестовом локальном сервере апач.

Daivik: Может, символы лишние есть в коде?

trooper33: Откуда им взяться? Я ничего, кроме расширения файла, не менял, содержимое файла вообще не трогал.

Daivik: Скопируй код в блокнот; теоретически всё лишнее он должен отсечь.
trooper33: Проверил, но полосы как на локалхост, так и напрямую; в этот раз пробовал в IE.

Daivik: Скинь файл сюда.

Оксана зевнула, закрыла окно, потом зашла на страницу сына «ВКонтакте» и увидела, что он ей так и не ответил. Она нашла его профиль в еще одной из соцсетей и открыла фотоальбом. В нем не было ничего, кроме картинок с изображением каких-то чудищ или космических мутантов.

10 октября, 02:55

Стас сидел за компьютером и писал в Скайпе Ворону. Ворон был один из его лучших он-лайн друзей, с которым они год назад проходили «Аллодов».

– Клевая фишка.

– И не говори.

– И хде ты ее достал?

В этот момент «ВКонтакте» его начала доставать какая-то чикса, и он отвлекся. Что она хочет? Поговорить? Некогда ему. Добавив чиксу в друзья, Стас заметил, что Джек прислал ему какое-то фото. Он открыл его. Поугорав минуту, Стас заметил, что в Скайпе появилось еще несколько сообщений, и тут же раздался характерный звук: аська.

Стас, вздохнув, начал отвечать. Глаза уже слипались, голова болела, в глазах что-то мельтешило, но Ворону надо было ответить, и Дрону тоже…

Через несколько минут он увидел, что и Дрон, и Ворон, и Джек, и остальные были в офф-лайне. Стас удивился: вышли, да еще все сразу. Хотя…

Это же он вышел! Просто выпал из сети. Какие-то проблемы с сетью. А, ладно. Всё равно пора спать. Стас выключил компьютер и, как был, в шортах, футболке и носках, упал поверх постели и тут же провалился в тяжелый сон.

Оксана, увидев, что сын выключил свет, снова подключила вай-фай и села, положив ноутбук на колени. Когда она наконец изучила профиль сына, его форумы и игры, уже начало светать.

10 октября, 11:03

Стас словно бы очнулся от тяжелого сна, придавившего его, будто булыжник, и прислушался. Будильник на айпаде только что отзвонил свое. Если мать дома, то однозначно придется тащиться в институт…

В голове, где-то слева, пульсировала боль, появившаяся еще вчера. Дневной свет слепил глаза.

– Стас, ты проснулся?

– Да, мам.

– Тогда собирайся скорее. Завтрак на столе. Выходим через двадцать минут, я тебя подвезу до института, – сказала Оксана, расчесывая волосы. Ее «каре» было безупречным.

– У меня голова болит…

– Да что с тобой такое? Снова давление? – Оксана присела на кровать сына и прикоснулась рукой к его лбу.

В последнее время Стас жаловался на головную боль, резь, потемнение и мельтешение в глазах, часто поднималось давление. Поход к неврологу ничего не дал: доктор рекомендовала лекарства и полный отказ от телевизора хотя бы на время, пока эти неприятные симптомы не исчезнут. Оксана попыталась ограничить общение Стаса с компьютером, но сын будто озверел. В тот вечер Оксана и Стас поругались.

Телевизор я не смотрю и смотреть не буду, а по поводу компьютера врач ничего не говорила! – кричал он.

– Но врач – женщина пожилая, и она, разумеется, не имела понятия, что ты проводишь перед монитором по пятнадцать часов в сутки! Монитор – это тот же телевизор для глаз и нервной системы! – пыталась убедить сына Оксана, но тщетно.

Никаких аргументов Стас слышать не хотел. Вот и сейчас, глядя на него, бледного, с черными кругами под глазами и трясущимися руками, ей было не по себе.

– Говорила тебе, не сиди столько за компьютером! Сейчас принесу тонометр, – сказала она.

– Принеси… но в инст я сегодня идти уж точно не в состоянии…

Оксана вернулась, положила тонометр на кровать сына и начала мерить ему давление. Через минуту глаза ее округлились:

– Почти 150 на 100! Опять! Может, скорую вызвать?

– Не надо, мам… я полежу, и всё пройдет, – Стас зевнул и попросил: – Закрой жалюзи.

– Выпьешь таблетку и лежи. А я схожу в супермаркет, у нас кончился стиральный порошок, нет хлеба и яиц. Сегодня приедет Света. Моя подруга, тетя Света, помнишь?

– Да… тощая такая?

– Она кардиолог. Посмотрит тебя.

– Ладно… – Стас перевернулся на живот и прикрыл глаза.

– Только не вздумай включать компьютер! Если включишь – я просто разобью его молотком, и всё! – погрозила пальцем Оксана и, накинув тонкий ремень сумочки на плечо, вышла из квартиры.

На душе ее было тревожно.

10 октября, 12:15

Стас, полежав еще полчаса, встал и пошел на кухню. Он выпил остывший чай и с отвращением посмотрел на тарелку овсянки. Впрочем, свою любимую яичницу с беконом, заботливо приготовленную мамой, он тоже есть не стал – его подташнивало, и голова не только болела, но и кружилась: в этот раз проверенная таблетка облегчения почему-то не принесла.

Он посидел на кухне, положив голову на стол, еще какое-то время и встал.

10 октября, 12:20

Мобильный телефон в сумочке Оксаны звонко запиликал, когда она уже подходила к кассе.

– Оксанка, привет!

– Привет, Светлана! Ну что, заедешь сегодня?

– Уже выехала. Подъезжаю. Что купить?

– Прекрати, у нас всё есть!

– Тогда куплю яблок. Ты жаловалась, что отекаешь. Яблоки – лучшее средство от отеков!

– Не надо… есть у нас яблоки… – сказала Оксана, зажав телефон между щекой и плечом: подошла ее очередь, и надо было быстро выгрузить покупки из тележки. Продавщица с укором смотрела на нее.

– Яблок много не бывает! – весело сказала Света и отключилась.

10 октября, 12:38

Стас сидел в своем любимом кресле перед компьютером, слушая привычное жужжание процессора, без которого он не мог жить. Голова всё еще кружилась и болела, но, наверное, сейчас уже всё пройдет: должна же когда-то подействовать эта таблетка!

В Скайпе призывно мигали желтым светом не прочитанные еще со вчерашнего дня сообщения. Стас ответил сначала Дрону, потом Ворону. Обоих еще не было в сети.

Зато был Джек. Он прислал три новые фотографии, которые показались ему какими-то слишком красными. Стас посмеялся и зашел на почту. Ничего особенного там еще не появилось – так, какие-то рассылки и новости. Самое интересное, как обычно, начиналось после двух часов дня, когда все уже окончательно просыпаются. Стас зевнул – дышать было как-то непривычно тяжело. Просмотрев новые темы в форуме программистов, он начал было отвечать на наиболее интересные, как вдруг почувствовал, что его пальцы работают неестественно быстро. Гораздо быстрее, чем мысли, – мысли, напротив, стали какими-то медленными, а потом вовсе остановились, и Стас увидел, что в он-лайне опять никого нет.

Вдруг он почувствовал, как в голове будто что-то взорвалось. Несколько секунд всё вокруг было багряным. Боль была страшной, но прошла быстро, и тут же всё стало каким-то безжизненно-серым, даже не серым, а нереально бесцветным – весь мир словно погас. Стас посмотрел на монитор.

Morok: Ты глянь, он отключился, реально!

dEmon_ad: А по-моему, включился))))))))

Morok: Похоже на то)

dEmon_ad: Да, он уже с нами)). Ну и что будем делать?

Morok: Эй, парень!

dEmon_ad: Сидит, смотрит. Но эмоций – ноль))

Morok: Еще бы, после апоплексического удара!)))))

dEmon_ad: Для него он, похоже, станет апокалипсическим)))

Morok: Ахаха))))))))))))))))))))))

Стас смотрел немигающими глазами в монитор. По абсолютно белому экрану, похожему на аквариум с мутной жидкостью, ползли черные, как маленькие гадюки, слова, складываясь в короткие бессмысленные предложения. Похоже, он попал в какой-то чат. «Что это за чат?» – подумал Стас.

Stas: Что это за чат?

Ресницы закрытых глаз Стаса дрогнули: он увидел свои мысли, написанные на бездонно-белом экране маленькими буквами.

dEmon_ad: Ага, очнулся, дружочек!

Morok: Вот ты и попался!

dEmon_ad: Неужто не признал свой собственный чат? Ржунимагу!)))))

Stas: Мой чат? Да я в этом чате впервые!

Morok: Да ладно! Ты с нами вместе в этом чате несколько лет, просто не замечал его)))

Stas: Откуда взялся вирус? Наверное, Джек вместе с фотами перекинул…

dEmon_ad: Что ты, что ты? Какой такой вирус? Мы самые что ни на есть настоящие!))

Morok: Точно! А вот ты, любезнейший, уже через несколько минут сам превратишься в вирус!))

dEmon_ad: Ахаха, в дохлый вирус!))))))

Stas: Кто вы?

Morok: Мы – это ты!;)

Stas: Морок? Димон? Не понимаю… Я не помню вас. Где мы могли общаться раньше?

dEmon_ad: Я не Димон, я ДЕМОН! Буковку исправь и ударение правильно поставь! Может, тогда что-то поймешь?)

Stas: Что вам от меня надо?

dEmon_ad: Уже ничего)))

Morok: Почти ничего, ты практически готовенький, немного осталось))

Stas: Я вас не знаю, правда. Где мы пересекались? Вы из World of Tanks?

Morok: Подсказать ему, что ли?)

dEmon_ad: Подскажи, всё равно он почти готов)))

Morok: Не знаешь, что такое морок? Погугли))) Ты провел в мороке несколько последних лет своей собственной жизни и не заметил этого))). А демон – мой братишка))! Ну, теперь догадался, откуда мы?

Stas: Бред какой-то…

dEmon_ad: Бред?? А ты всмотрись в мой ник)), прочти его до конца и поймешь, откуда мы)

Morok: Не парься, поймет совсем скоро, счет идет уже на минуты)))))))))))

10 октября, 12:55

Оксана и Светлана, смеясь, зашли в квартиру.

– Стасик! Иди сюда, поздоровайся! Тетя Света приехала, привезла тебе яблоки! Стас!

Оксана зашла на кухню. Сына там не было.

– Ты в комнате? Неужели снова сел за компьютер?! С таким давлением? – она открыла дверь в комнату Стаса и побелела, увидев сына, обмякшего в огромном черном кресле, высокие подлокотники которого не дали ему упасть.

– Стас! Что с тобой?

– Срочно звони в «Скорую»! – крикнула Света.

10 октября, 14:05

– Не понял? – переспросил муж.

Оксана, сжав онемевшими пальцами маленький белый телефон, уже готовый треснуть, повторила:

– Геморрагический инсульт. Он в реанимации.

Оксана уронила телефон на кафельный пол, закрыла лицо руками и села, сотрясаясь от рыданий, на одно из стоящих в ряд железных кресел.

– Але? Але! – слышала она непривычно громкий, взволнованный голос мужа, раздававшийся из телефона.

Светлана подняла телефон.

– Привет, это Света.

– Что со Стасом? Он выздоровеет?

– Прости, Миша. Не рискну прогнозировать. Он в коме.

– Почему? Ты можешь мне объяснить, что с ним? Света, он выживет?

– Понимаешь, Миша, при объеме кровоизлияния более 70 мл шансы выжить у человека минимальны, а в случае выживания будет глубокая инвалидность…

– Але? Света, объясни мне всё, пожалуйста! Неужели шансов нет?

– Ты сейчас успокойся, пожалуйста. Бывает, конечно, и такое, что в первые дни имеется тяжелое течение, много дней человек находится в коме, но потом ситуация меняется, происходит восстановление мышления и двигательных способностей…

Светлана дошла до конца коридора, завернула за угол, и Оксана больше не слышала ее голос.

Неожиданно она почувствовала, как кто-то прикоснулся к ней, и обернулась.

– Вы верите в Бога? – спросил мужчина в зеленой пижаме.

Оксана встала и, вытирая слезы, пожала плечами.

– Верите или нет? – повторил мужчина.

Она молчала, перебирая пальцами ремень сумочки.

– Я работаю в реанимации почти пятнадцать лет. Вашего сына спасет только чудо.

– Какое… чудо? – спросила Оксана, еле шевеля ссохшимися губами.

– У него третья степень комы. Начинайте молиться.

– Какая?

– Третья. Глубокая. С угнетением рефлексов.

– Долго он еще будет в реанимации?

– Это во многом зависит от вас.

– Почему я не могу забрать его домой? Ему будет лучше дома. Я буду ухаживать за ним сама, – Оксана всхлипнула, губы ее скривились, но она сдержалась.

– Шансов выжить дома у него нет никаких, – сказал реаниматолог.

– Но почему? Мы вызовем ему врачей на дом, – прошептала Оксана, вытирая слезы рукавом голубого шелкового пиджачка.

– Потому что ему необходимо поддержание жизненно важных функций: искусственное аппаратное дыхание, средства коррекции работы сердца и тонуса сосудов, парентеральное питание. Вы можете обеспечить ему всё это в домашних условиях? – устало спросил мужчина.

– Нет, но…

– Продолжить? Ему необходима профилактика застоя в легких, профилактика образования пролежней… в общем, начинайте молиться прямо сейчас. А то потом может быть поздно.

Оксана вздрогнула.

– Как молиться? – спросила она.

– Очень просто. Прямо здесь. В этом коридоре можно сидеть круглосуточно. Вот Евангелие и Псалтырь, начинайте читать прямо сейчас, – сказал реаниматолог, протягивая Оксане небольшую книгу.

Оксана взяла книгу, раскрыла ее на первой попавшейся странице и прочла:

«Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему. И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию» (Мк. 9: 23–24).

10 октября, 23:05

За больничным окном уже давно стемнело. Муж, приехавший к ним после работы, час назад уехал домой, а Оксана всё читала. Она не сразу заметила подошедшего к ней реаниматолога. Увидев его, она поднялась и, заложив большим пальцем руки книгу, спросила:

– Пожалуйста, скажите, как правильно молиться?

Он посмотрел на Оксану. В его взгляде она увидела уже не только сострадание, но и радость:

– Вы молитесь правильно.

– Но я просто читала…

– Ваш сын пять минут назад пришел в себя, хотя с точки зрения медицины в это сложно поверить.

Оксана взволнованно бросилась к двери, ведущей в отделение.

– Нет, к нему пока ни в коем случае нельзя. Сейчас он спит.

– Что я могу для него сделать? – прошептала Оксана, вытирая заблестевшие на глазах слезы.

– Он крещенный?

– Да.

– Принесите ему крестик на веревочке. И, самое главное, продолжайте молиться!

<...>

7 января, 11:05

Стас лежал на кровати в своей комнате и смеялся.

– Лови, лови! – Настя, улыбаясь, трясла перед его лицом маленьким звонкоголосым колокольчиком. Привязанные к нему длинные ленточки касались носа Стаса, и ему было щекотно. Он отмахивался от ленточек ладонями, но никак не мог ухватить их.

– Этот колокольчик мне подарил отец Роман! Он сказал, что к Пасхе ты выздоровеешь, и мы пойдем в храм вместе! – подмигнула Настя.

– Хорошо, – ответил Стас и, приподнявшись, чмокнул Настю в румяную, пахнущую морозом щеку: она только что пришла с рождественской службы.

Елена Живова

29 ноября 2013 года



Возврат к списку


#WORK_AREA#